Немой укор свидетелей истории

00:00, 23 июля 2009
Старинное село Брынь ранее Жиздринского уезда, а ныне Думиничского района находится в 105 километрах от Калуги. В далёком прошлом оно называлось Толстошеево (брынский железный завод тож), располагалось на правом берегу реки Брыни и на левом - мелкой речушки Любышки.

Село представляло собой редчайший в Центральной России образец промышленной усадьбы. Владельческая усадьба и железоплавильный завод, устроенный на берегу озера, образованного искусственной плотиной на Брыни, были основаны ещё в начале XVIII века крупным горнозаводчиком Никитой Демидовым, скупившим эти места с пашенной землей, сенными покосами и лесами у капитана Василия Обухова. Ощутив себя полноправным хозяином огромной территории, Демидов добился разрешения от правительства переименовать Толстошеево в Брынь-завод, и в честь такого события первые заводские мастера отлили из бронзы номерной знак овальной формы, на котором стоял номер работающего и жгуче сверкала надпись в окантовке: «Брынь-завод. 1726 год». К середине XVIII столетия на железоделательном заводе уже имелось десять действующих и пять запасных молотов, работали кузница, плющильная, лесная биржа, две водяные мельницы, мукомольня и полотняная фабрика, которая давала в то время продукции на 17 тысяч рублей.

Впоследствии завод и усадьба с деревянным господским домом, окруженным липовой, ясеневой и березовой аллеями, перешли по наследству младшему сыну Демидова Алексею, богатому владельцу земель в деревнях и пустошах Жиздринского и Малоярославецкого уездов Калужской губернии. Одновременно с созданием промышленного комплекса в Брыни Алексей Демидов много сил и средств вкладывал и в благоустройство усадьбы, полученной от отца. Скорее всего, именно при нем деревянный господский особняк был заменен на каменный двухэтажный с 26 окнами по фасаду, с оригинальным въездом через арку, который вел в обширный внутренний двор, где к основному зданию примыкали каменные постройки многочисленных служб, необходимых в хозяйстве, – каретная, кузница и кладовые. С правым крылом господского дома подземным переходом соединялся торговый лобаз «демидовской башни». Помимо всего неподалеку от помещичьего особняка был вполне окупавший себя конный завод, где владелец Брыни выращивал на продажу статных рысаков орловской и турецкой пород. Приходская церковь на территории села отсутствовала. Крестьяне, издавна проживавшие в этих местах, в основном работали на хозяина.

На исходе лет Алексей Демидов, любивший свободную привольную жизнь, а потому соривший деньгами, окончательно расстроил свои дела и для поддержания завода в Брыни принял к себе в товарищи сроком на десять лет толкового первостатейного купца Илью Коробова, владельца знаменитых калужских палат. Правда, через два года по неизвестной причине Демидов Коробова от товарищества отстранил, с завода уволил и, находясь уже в престарелом возрасте, решил разделить своё имение и частично сдать в аренду отдельные корпуса фабрики. С этого времени и начался упадок его мануфактуры. Но арендаторы демидовского наследия - московские купцы - добились заметного оживления производства на суконной фабрике, при которых она быстро окрепла и вскоре стала одной из лучших не только в России, но и во всём мире.

Сукно экспортировалось прежде всего в Китай, и годовой оборот фабрики, где было занято почти полторы тысячи рабочих, составлял до 1,5 миллиона рублей серебром.

В конце XVIII века Алексей Демидов скончался, оставив после себя два завода с 11 тысячами десятин земли и тысячей крестьян, а вместе с тем - громадные долги и запутанные судебные дела. Несмотря на это, крупные демидовские заводы ещё продолжали работать - незначительная часть железа продавалась на месте, остальное доставляли на Гжатскую пристань для отправки его в Санкт-Петербургский порт.

В 1820-х годах усадебные земли села приобрели в неравных частях жена действительного статского советника Екатерина Алексеевна Рябинина и супруга обер-провиантмейстера И.М. Олонкина Анастасия Михайловна, довольно состоятельная помещица, за которой числились имения в Калужском уезде и в Смоленской губернии. Вместе с новыми владелицами на усадебной земле вскоре появились и свежие хозяйственные постройки – амбары, сараи, кладовые, а также были устроены парники для выращивания различных овощей. От бывшего хозяина помещицам достались необыкновенные оранжереи, насыщенные в прошлом виноградом, дынями, финиками, абрикосами и персиками, два фруктовых сада и великолепный липовый парк, где наряду с кленами, липами, дубами и ясенями произрастали сотни редких для здешних мест растений, которые попали сюда из жарких южных стран. В 1848 году вырос на этой земле первый за многолетнюю историю села красивый каменный храм во имя Преображения Господня, сооруженный на личные средства главного владельца имения, действительного статского советника Андрея Михайловича Рябинина. По-прежнему продолжала действовать парусиновая фабрика, имевшая пять корпусов, устраивались шумные и разноликие еженедельные базары.
Последними хозяевами помещичьей усадьбы являлись наследники супруги генерал-майора В.А. Толстой, урожденной Рябининой. До революции в селе работали земская и церковно-приходская школы.

Сегодня о тех далеких временах и о том, что в Брыни некогда процветало производство, мало что напоминает. Ныне на территории бывшего барского имения можно обнаружить только немых свидетелей истории – поросшие деревьями остатки старых зданий с неглубокими лазами и загадочными арочными входами. Все давно позабыто и позаброшено. Из прежнего богатого архитектурного ансамбля промышленного комплекса сохранились лишь центральные постройки – руины двухэтажного усадебного дома, слесарня и корпуса парусно-полотняной фабрики первой половины XVIII века. Постоянным напоминанием о прошлом являются также внутренний двор, соединявшийся когда-то с двумя фруктовыми садами, отделявшими центральные здания от поселка заводских рабочих, и остатки регулярного липового парка.

Еще в 1970-х годах главный усадебный дом петровского времени, выстроенный в традициях древнерусских палат со сводчатыми помещениями и с чертами барокко в лепной отделке интерьеров, находился в относительной сохранности, так как уникальное сооружение худо-бедно использовалось местным колхозом. Сегодня заросшие руины бывшего демидовского дворца, зияющего пустыми глазницами окон, не так просто отыскать, ведь от бывшего жилого здания с ризалитом в центре, плоскими угловыми пилястрами и строгим декором фасада остались лишь отдельные фрагменты стен. Вместе с лепниной потолков погибли кованые решетки и металлические двери, бывшие колоритными свидетельствами эпохи XVIII века. С горечью приходится признать, что утрата такого единственного в своем роде памятника земли Калужской весьма ощутима, ведь дома в стиле барокко в русских имениях всегда считались редкостью, так как в большинстве помещичьих усадеб их не единожды перестраивали, стараясь угодить быстро изменявшейся архитектурной моде.

Неподалеку от развалин главного дома в гораздо лучшем состоянии сохранилась, правда без колокольни, церковь Преображения Господня, которая воспроизводит один из образцовых проектов ротондального храма. Коренные жители Брыни вполне уверены, что в одном из глубоких подвалов старинного церковного здания по сей день скрыт нетронутый тайник, устроенный некогда священнослужителями храма. Однако никто из местных сельчан до сих пор не решился его исследовать, хотя вход в заманчивое темное подземелье всем давно известен.

Исследования показали, что оригинальная по типологии церковь не отличается ныне качеством детальной отделки, но все же радует уже то, что старый сельский храм не забыт, а потому не заброшен: он передан Калужской епархии и в настоящее время постепенно восстанавливается.

Юлия ПИОНТКОВСКАЯ.
Поделиться с друзьями:

Комментарии

Александр 23.07.2009 16:56:38

интересная статья

Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.