Каждый пишет, как он дышит

19:33, 22 декабря 2017

Мы еще не осознали в полной мере, что осиротели. Но наша утрата – не тот случай, когда «отряд не заметил потери бойца»

Нам трудно с этой потерей смириться, она невосполнима. Вот смотришь на Алексея Петровича, улыбающегося с портрета, и, кажется, слышишь, как он ободряет: «Ничего, ничего, жизнь продолжается, надо жить». 

Рассказывать о нем, о нашем Друге, Учителе, Журналисте, можно много и долго. И мы сделаем это еще не раз. Но сейчас даем слово ушедшему мэтру: полистаем страницы нашей газеты, вспомним, о чем он говорил. В его мыслях на бумаге ни грамма лукавства или позерства, он писал, как дышал, а жил – это знают все – честно, по совести. 

О выборе профессии 

То, что я оказался в газете и вообще в журналистике, я определил для себя так: закономерная случайность. Случайность, потому что собирался поступать в историко-архивный институт. 

И уже пошел вместе с классом за медицинской справкой для поступления в институт. Тут прибегает к нам только что назначенная редактором Галина Васильевна Цветкова (ее дочь с нами училась) агитировать нас в газету. Как раз с первого июля газета расширялась, соответственно штат увеличивался. А где в  Перемышле взять журналистов? 

Наш класс из четырех выпускных был самым лучшим по сочинениям. Но все наотрез отказались, а я сказал: подумаю. Надо было с матерью посоветоваться. Ну, она даже обрадовалась. На следующее утро пошел в редакцию и сказал: «Я согласен». И меня тут же отправили в ближайший колхоз за материалом. Написал, и вроде бы всем понравилось. 

Это случайность. А вот что закономерно, это я уже потом сообразил. Во-первых, в третьем или четвертом классе выпускал домашнюю стенгазету. Правда, ее никто не читал – мать и бабушка неграмотные, а брату не до того. Но если кто придет из соседей, картинки посмотрят. Я вырезал их из газет и журналов, что-то от руки писал. 

Во-вторых, я, наверно, с шестого класса писал заметки в районную газету, а в девятом-десятом – и в «Молодой ленинец». О том, что буду журналистом, даже мысли не было. Я вообще считал, что это какие-то небожители. 

О памятных встречах 

Памятных встреч — очень много, но самая знаковая, может быть, с первым человеком, вступившим на Луну. Это американец Нейл Армстронг. Я учился тогда, в семидесятом, в Ленинградской партшколе. Нам сказали, что будет проходить сессия КОСПАР по проблемам космонавтики в Таврическом дворце, где располагалась партшкола. Нас, газетчиков, пригласили на открытые заседания сессии. Я на всякий случай заготовил пару вопросов. Первый: вы прилунились у кратера Циолковского, что вы знаете об этом ученом? И второй: вот у советских космонавтов есть традиция — после полета приезжать в Калугу, как бы мысленно отчитываться перед Циолковским о полете. Нет ли у вас такого желания — посетить Калугу? 

Так получилось, что после выступления Армстронга был объявлен перерыв. Он не ушел, как некоторые ученые, сразу за кулисы, а вышел в зал. Мы его обступили. Кто знал английский — напрямую к нему обращался, а я передал ему свои вопросы. Через переводчика Армстронг ответил на них. По Циолковскому он примерно так сказал: мы, мол, знаем, изучали труды профессора. А на второй вопрос ответил: этот визит очень кратковременный и возможности побывать в Калуге не будет. Но, говорит, обещаю, если еще раз удастся попасть в Советский Союз, то приеду и в Калугу. Правда, вскоре Нейл Армстронг ушел из отряда астронавтов, занялся бизнесом. В Москве бывал, но уже по своим делам, и в Калуге не появился. А я позже опубликовал это интервью в «Знамени». 

Коротко о главном 

- Любимый уголок малой родины? 

- Треугольник: Желохово, Корекозево, Перемышль. 

- Лучший отпуск – это… 

- Работа. 

- Можете человеку не подать руки, если не хочется этого делать? 

- Было дело. Но не горжусь этим. Такое ощущение, что это я виноват в том, а не он. Хотя я тут был, в общем-то, ни при чем. 

- О чем сейчас поет душа поэта? 

- Скажу не ради моды, не для красного словца: о непростой судьбе России (об этом – многие мои стихи последних лет). 

Если критика не нравится 

Кстати о критике. Понятно, не всем она нравится. Да и нравится ли кому, если затрагивает его? Но если она справедлива, надо терпеть. Более того, как-то реагировать на нее. Особенно это касается руководителей разного ранга. Пример тут показывает губернатор. Не раз, выступая перед главами администраций районов и городов, он напоминал им, что на критику в печати надо непременно отвечать. И не отписками, а по существу. «Даже если автор не во всем прав, - подчеркивал Анатолий Дмитриевич. - И не обижаться надо на критикующего, а благодарить за то, что заметил, чего не замечали вы». 

О Родине 

С чего начинается Родина? 

В популярной в советское время песне с таким названием приводится несколько вариантов ответа на поставленный вопрос. Тут и «картинка в твоем букваре», и «березка, что в поле, под ветром склоняясь, растет», и «старая отцовская буденовка, что где-то в шкафу мы нашли». А если все это обобщить, то (не правда ли?) получится что-то очень родное, близкое. 

Да, «большая» Родина, Россия начинается с родины малой - с тех мест, в которых мы живем, с родной деревни, улицы, дома. И любовь к «большой» Родине - соответственно с любви к родине малой, с ее истории. 

А знаем ли мы свою историю? 

Мне уже приходилось писать о дремучести части нашей молодежи в отношении истории - и далекой, и не очень. Помните? На вопрос, кто такой Георгий Константинович Жуков, одна девушка, ученица 11-го класса, сказала: «Это тесть Романа Абрамовича? Хотя он не может быть таким старым (не лишена одиннадцатиклассница понятия логики! - А.З.). Или это дед Даши Жуковой - девушки Абрамовича». 

О женщинах 

Боюсь прослыть нескромным, но все же скажу: я с женщинами всегда, накануне 8 Марта или задолго до него, одинаково учтив. Для меня женщина - это Мать, Сестра, Жена, Дочь, Подруга, в конце концов - нежнейшее существо. А для людей искусства еще и вдохновительница их творчества. Так как же относиться к ней иначе? 

«Что ж, - спросят меня, - не было у вас с женщинами конфликтов и вообще ничего плохого?» 

Было. Случались и ссоры, и семейные драмы. Но даже если причиной их становилась женщина, вину я брал на себя: значит, что-то сделал неправильно, если она поступила так. 

О ветеранах 

На встрече с ветеранами в канун Дня защитника Отечества председатель Законодательного Собрания области Виктор Бабурин предложил увековечить память всех фронтовиков. А то получается несправедливо. Погибшие на полях сражений и умершие от ран в госпиталях увековечены - их имена занесены в Книгу Памяти, установлены таблички на домах, где они жили. А те, что вернулись с фронта живыми, восстанавливали страну и потихоньку уходили в мир иной? Увы, многих из них если и помнят, то лишь самые близкие. Пора, пора воздать им должное. Никто из защитников Родины не должен остаться безвестным, забытым. Сохранить о них память - наш долг, долг ныне живущих. 

Об осени

Люблю бродить по осенней Калуге. Столица нашей области хороша в любое время года, но особенно - золотой осенью. 

В наибольшей степени для меня золотая осень ассоциируется с Золотой аллеей, что идет вдоль Березуйского оврага. Красотища! «Деревья - с верхушек до низа - в сплошной позолоте стоят, и золотом воздух пронизан, и золотом дышит закат…» Невольно заговорил стихами. 

Через дорогу от Золотой аллеи - продолжение ее, называемое еще Пушкинским сквериком. В этом году скверик заметно преобразился. Покрашен, освежен бюст великого поэта, асфальт на подходах к нему заменен тротуарной плиткой, у кромки Березуйского оврага установлено леерное ограждение. А главное новшество скверика - декоративная ротонда. «Беседка для влюбленных» - уже успели окрестить ее калужане. А мне подумалось: вот бы по соседству установить памятник Александру Сергеевичу и Наталье Николаевне. Не будет ли перебора? Ведь стоит уже бюст поэту - мысленно слышу я чье-то возражение. Не будет! Скверик-то Пушкинский! А памятника Александру Сергеевичу (бюст не в счет) в Калуге нет. 

О болезни 

Вот когда я первый раз узнал, что у меня рак, конечно, в трансе был. Считалось, что он неизлечим. И так неожиданно все случилось. Я вроде ничем не злоупотреблял, спортивный человек. Думал: почему, откуда это все? И, конечно, переживал очень тяжело. Операция удачно прошла, вроде бы выкарабкался. Потом второй удар — предстательная железа. Тоже какое-то время было ощущение страха. Но на сей раз врачи помогли, облучением вылечили. Пошел проверяться — тут все нормально, но на УЗИ обнаружили опухоль на печени. Вот тут я поставил себе задачу: справиться. Два раза вроде победил и третий раз надо. Хотя этот случай оказался самым тяжелым. Но что делать — лапки кверху и ждать что будет? Я слышал, что какой-то процент выздоровления зависит от врачей, от лекарств, но больше — от собственных усилий и настроя. Поэтому старался держаться, оставался оптимистом...

Места: Калуга
Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.