Mon cher Michel!

14:58, 09 августа 2019

Так в своих письмах и мемуарах Александра Смирнова-Россет называла Лермонтова

Занять ваш ум мне не дано… 

Многие современники характеризовали Лермонтова как человека зачастую неучтивого по отношению к дамам. Исключение составляли лишь две женщины, которые в разные годы были предметами обожания Михаила Юрьевича. Это Варвара Лопухина-Бахметева и Александра Смирнова-Россет. С Лермонтовым Александра Осиповна познакомилась в 1838 году в Петербурге, в салоне Карамзиных, с тех пор с ним не раз встречалась и состояла в переписке. 

Александра Осиповна была одной из самых выдающихся женщин России своего времени. Её умом и красотой восхищались Пушкин, Вяземский, Жуковский, Гоголь, Карамзин… А Лермонтов, будучи на пять лет моложе Смирновой-Россет, похоже, был тайно в неё влюблён. Михаил Юрьевич посвятил Александре Осиповне несколько своих стихотворений. Вот наиболее известное из них: 

Без вас хочу сказать вам много,

При вас я слушать вас хочу;

Но молча вы глядите строго,

И я в смущении молчу.

Что ж делать?.. 

Речью неискусной

Занять ваш ум мне не дано…

Все это было бы смешно,

Когда бы не было так грустно…

Впервые это стихотворение с посвящением А.О. Смирновой-Россет было опубликовано в 1840 году в журнале «Отечественные записки». Но написано оно было двумя годами раньше. Перед своей первой ссылкой на Кавказ Лермонтов зашёл в Петербурге в дом Смирновых, но хозяйку не застал и оставил ей запись этого стихотворения в её альбоме. 

Александра Осиповна сделала вид, что этих стихов в своем альбоме не заметила, и ей потом передала Софья Карамзина, что Лермонтов этим был обижен. Но эта обида прошла и не помешала их дальнейшим отношениям.

Письма, повесть, память… 

Дорога на Кавказ, на военную службу, у Лермонтова лежала через Тамань, небольшую в те годы казачью станицу, описанную в одноимённой повести, открывшей роман «Герой нашего времени». В Тамани, где поэт был дважды, уже более полувека действует музей Лермонтова. В одной из его экспозиций размещена и гравюра А.О. Смирновой-Россет, которая в то время состояла с Лермонтовым в переписке. Жаль, что большинство этих писем утрачено. Именно в Тамани Лермонтов был ограблен, вместе с деньгами и оружием похищена и шкатулка с письмами. Об этом он написал в своей повести «Тамань», где самого себя представил в образе Печорина. 

Вернувшись из первой ссылки на Кавказ, Лермонтов возобновит своё общение со Смирновой-Россет. Александра Осиповна считается прототипом княгини Минской в незаконченной повести Лермонтова «Штосс». Вот как он её там описывает: «На ней было черное платье, кажется, по случаю придворного траура. На плече, пришпиленный к голубому банту, сверкал бриллиантовый вензель. Она была среднего роста, стройна, медленна и ленива в своих движениях, черные, длинные, чудесные волосы оттеняли ее еще молодое лицо, и на этом лице сияла печать мысли. Ее красота, редкий ум, оригинальный взгляд на вещи должны были произвести впечатление на человека с умом и воображением».

Дочь Смирновой-Россет Ольга Николаевна вспоминала об отношении Лермонтова к ее матери: «Он очень робел перед ней в первый период знакомства, но после 1838 года он уже читал ей свои стихи и перестал робеть… Когда весть о его трагической смерти на Кавказе дошла до матери, сердце её болезненно сжалось, ей показалось, что она потеряла кого-то близкого…» 

А вот как вспоминает о Лермонтове сама Смирнова-Россет, которая с 1845 года переехала в Калугу, на место новой службы своего мужа, калужского губернатора: «Мишель был горд и застенчив. Даже рекомендательное письмо дяде Николаю Ивановичу (Н.И. Лорер, офицер Тенгинского пехотного полка на Кавказе. - Ред.) его не уберегло…» 

Об отношениях Лермонтова и Смирновой-Россет известно немного. В биографиях обоих, в мемуарах и письмах - лишь скупые упоминания друг о друге, без подробностей. Но лермонтоведы полагают, что именно Смирнова-Россет лично хлопотала при дворе о смягчении наказания Лермонтову за его дуэль с Барантом. К этому следует прибавить и строчки из письма Михаила Юрьевича к Столыпину-Монго по дороге на Кавказ незадолго до гибели, в которых он просит сообщить о здоровье Александры Осиповны. Также известно, что Лермонтов был вхож в петербургский дом Смирновых на правах друга: то есть мог проходить в комнаты в любое время без доклада и даже в отсутствие хозяев. Это указывает на особую степень близости, доверия. Позже Смирнова-Россет приведёт в воспоминаниях о послепушкинском времени упадка в литературе слова Гоголя о том, что один Лермонтов тогда пел стройно, своим голосом.

Игорь Фадеев.

Места: Калуга
Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.