Порожистая река жизни

12:16, 11 сентября 2019

О простой русской женщине с непростой судьбой.

Много лет пролетело. Она уже в мир иной ушла, а всё помню о ней, о Прасковье Даниловне Балабаевой. В пятидесятые – шестидесятые годы прошлого столетия её имя было известно не только в Калужской области, но и в центральной России. Тогда её почитали матерью всех доярок, работавших в колхозах и совхозах нашего края…

То течёт плавно, то вдруг…

Прасковья Даниловна работала дояркой в колхозе «Путь к коммунизму» Дзержинского района. Заведовала и молочно-товарной фермой… Вспоминаю, когда приехал к ней поговорить о том, что по предложению первого секретаря обкома партии Андрея Андреевича Кандренкова буду писать о ней очерк, который включат в специальный сборник…

Десятки лет знал её, но не переставал восхищаться её простейшей красотой, какой-то притягательной силой. Глаза всегда светились добротой. Легкая улыбка украшала лицо…

Она провела меня в небольшую светлую комнату. Усадила за стол, покрытый ручной работы скатертью. Села напротив…

– Андрей Андреевич велел написать? – переспросила. – Пиши, кто же тебе не дает… Только не делай из меня личность… Жизнь прожить – не поле перейти. Она, как порожистая река, то течет плавно, то вдруг закуролесит на порогах, завертится бешеным нравом. Кто выдерживает невзгоды, не ломается, а случается и иначе…

Чёрный ожог войны

...Почти на краю деревни Фролово стоял дом крестьянина Данилы Киселева. Дом так себе, крытый соломой. Небольшие оконца подслеповато глядели на мир. Иногда их протирали влажной тряпкой, тогда поблескивали, веселели… Отсюда ушла Прасковья Киселева познавать мир…

Не сразу покинула родной дом. Не по желанию – по нужде. Вроде бы светила ей судьба обычной деревенской девушки. Но случилась непоправимая беда: от тяжелой болезни умерла мама. Отец Прасковьи Данила Киселев отправил Пашу, как в семье называли Прасковью, в город. Может, чему научится. Но не прижилась девушка в столице, поняла: деревня – ее судьба. В колхозе для неё место нашлось.

Однажды приехали в колхоз трактористы машинно-тракторной станции. Среди них был один, самый красивый, Тимофеем Балабаевым прозывался… Застучало сердечко девичье. Попросила парня: «Покатай, чумазый!» Свадьбу сыграли веселую. Сына родили, а за ним и второго. Тимофей смеялся: «Мне дюжина сыновей нужна, чтобы тракторная бригада Балабаевых получилась».

А 22 июня 1941 года грянула война. Опалила она огненным смерчем миллионы людей. Танкист Тимофей Балабаев пал смертью героя. Тяжкое горе пережила Прасковья Даниловна. По-бабьи выла, несколько дней не пила не ела. Опомнилась, будто услышала голос Тимофея: «Случится что – к людям иди». Пошла. С головой окунулась в работу.

«Свой характер…»

Председатель колхоза «Путь к коммунизму», известного в Калужской области своими достижениями уже в первой десятилетке после Великой 

Отечественной войны, предложил Прасковье Балабаевой должность доярки. Она знала: на молочной ферме работать тяжко. Всё руками: дойка коров, корма – вилы, механизация для их раздачи. Ни свет ни заря – на скотном дворе, домой только в полночь.

На ферме оказалось куда тяжелее, чем предполагала Прасковья Даниловна. Поняла, что одного умения доить коров мало. Нужно ещё что-то. Но что, уразуметь не могла. А хотелось. Стала приглядываться к товаркам по «цеху». Интерес вызывала Варвара Федосеевна Маркелова. Старая крестьянка в доярках ходила с первого дня, как колхоз образовался. Спросила её об этом.

– Чему же тут удивляться? – услышала в ответ.

– Да трудно ведь, не один десяток лет с коровами…

– Ты, девонька, полюби это трудно, оно и в радость покажется. Сила у тебя в руках есть. Сердце приложи и, гляди-кось, меня обгонишь. Свой характер покажи!

«Зажигай факел…»

Дмитрий Филиппович Суменков разглядел в Балабаевой незаурядные способности. Понимал, что она «ищет» какую-то свою линию, свой почерк. А знаний не хватало. Послать бы учиться в школу животноводов... Предлагал, отказалась: хозяйство, сыновья, на кого оставишь? Тогда председатель стал «загружать» её книгами по зоотехнике. При случае давал вырезки статей из газет, где говорилось о мастерах высоких надоев молока.

Прасковья Даниловна была женщиной не просто умной, но и талантливой, откровенной, строгой к себе самой. Понимала, что председатель неспроста выделяет её среди других доярок.

Как-то Суменков сунул в карман её фуфайки газету «Сельская жизнь». «Почитай перед сном», – хмыкнул носом и пошел довольный. Через несколько дней отозвал в сторонку, чтобы не мешали «бабы с коровами». Заговорил – заспрашивал: «Читала, что Коврова-то делает? И ты, может, такое…» Балабаева в ответ: «Чушь несешь, Филиппович, мне до неё не дотянуться». «Да не в тебе только дело, – горячился Суменков. – Мы топчемся на месте. Все, значит, доярки, и наши, и районные, и областные. Толчок нужен, искра чтобы пролетела, да так, чтобы задела десятки, сотни доярок… Покажи класс, Прасковья Даниловна!»

И захватила её задачка непонятная и тревожная. Поймут ли её доярки? Ведь она и себе признавалась: надоить по 3 тысячи килограммов молока от коровы за год в то время тяжкое ох как непросто. А тут ещё и Суменков сообщил по «секрету»: «Твоей работой Андрей Андреевич Кандренков интересуется. Так что зажигай, Прасковья Балабаева, факел маяка».

По итогам трудового соперничества доярок колхозов и совхозов Калужской области за 1954 год она была первой. От каждой коровы получила 3272 килограмма молока. Заявила о рубеже на 1955 год – 4 тысячи килограммов. Это было невероятно. Всякие разговоры тогда ходили: коров для неё специально выделяют, корма готовят, все доярки колхоза ей помогают…

Я писал о Прасковье Даниловне с первых её шагов в качестве доярки. Вспоминаю интервью, сделанное с ней в связи с событием, виновницей которого она была: надоила более 4 тысяч килограммов молока в среднем от коровы, стала участницей Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. Тема нашей беседы содержала призыв Балабаевой, адресованный всем дояркам Калужской области: «Выходите на соревнование за четырехтысячные надои молока от коровы. А для себя определяю надой в 5 тысяч килограммов».

Как она работала! Однажды я приехал на ферму к вечерней дойке. Стрелка часов подтягивалась уже к двенадцати ночи. Шли с фермы пешком в деревню. В Редькино она переселилась всей семьей. Луна гуляла по ночному небу. Беспокоилась Даниловна: поели ребята, спят или её ждут? Понимала: маловато материнского тепла им от неё перепадает. Вечерами поздними к ней тянутся, а её усталость с ног валит. Уложит мальчишек, нагреет воды, нальет полный таз и распаривает, растирает опухшие пальцы. Боль разливается от кистей к локтям и выше, к плечам…

Вся Калужская область следила за Балабаевой. Неужели получится? Да не может быть… Получилось! Районные и областные газеты сообщили, что она надоила за 1958 год в среднем от коровы по 5722 килограмма молока. Само по себе личное достижение доярки Прасковьи Даниловны Балабаевой, конечно же, не могло быть решающим для развития молочного животноводства области. Но стало очевидно, какие огромные резервы есть в каждом колхозе и совхозе области. Достижение её было действительно выдающимся. За ней пошли многие. В 1960 году в регионе насчитывалось 14 доярок, достигших четырехтысячных надоев молока от коровы.

В 1960 году Прасковье Даниловне Балабаевой за высокие производственные показатели, большую работу по пропаганде передового опыта и активное участие в общественной жизни первой среди тружеников сельского хозяйства Калужской области было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

Преданность профессии

Когда пришло время уйти на пенсию, Прасковья Даниловна поняла,что не может сидеть без дела. Пошла к подружкам на ферму:

– Возьмете на работу? Что скажете, тем и заниматься буду.

Охлаждала летом молоко, мыла молочные бидоны. Оттаивать душой стала. Назначили заведующей молочной фермой, той самой, на которой «родилась» она – мать калужских доярок, маяк российских животноводов, Герой Социалистического Труда, депутат Верховного Совета СССР. Слава о её коллективе на всю область гремела…

В канун 1973 года приехал я в колхоз «Путь к коммунизму». Сразу же к Прасковье Даниловне. Она только что вернулась домой, отдыхала в санатории. Спросил, чего хочется ей иметь в 1974 году?

– Должность доярки… В колхозе-то нашем огромный молочный корпус строят. Туда-бы…

Она осталась такой же неугомонной, до конца преданной своей профессии. Любящей людей. Делившей с ними пополам и радость, и горе – до самых последних дней своей героической жизни.

Прасковья Даниловна была истинным маяком для животноводов не только нашей области, но и сопредельных с ней регионов. В ознаменование её заслуг животноводы региона боролись за честь обладать призом имени П.Д. Балабаевой. Сотни мастеров доения коров следовали её примеру. Трудовое соперничество доярок, освещенное маяком, имевшим достойное имя – Прасковья Даниловна Балабаева, в то время имело большое значение для Калужского края. В первом послевоенном десятилетии животноводческая отрасль всё ещё оставалась в отсталом состоянии. И вот вспыхнул факел трудового подвига и осветил патриотическое движение людей, для которых труд стал не просто житейской обязанностью, а органической потребностью, делом чести, основным содержанием жизни…

В непростительные, ошибочные девяностые годы в России забыли о чувстве ответственности перед трудовым коллективом. А ведь именно оно, это чувство, являлось для Прасковьи Даниловны и всех людей, ей подобных, истоком творческого, самоотверженного труда, замечательного мастерства в исполнении дела, которому они служили.

Неужели наша, одна из лучших в России, Калужская область утратит память о своем первом Герое Труда среди тружеников сельского хозяйства, о матери калужских доярок, Прасковье Даниловны Балабаевой, о маяке животноводов нашего региона?

Александр Сидоренков.

Места: Калуга
Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.

Новости по теме