Владимир Раков: Во мне звенят ключи гремячевские...

00:00, 23 февраля 2006

Сегодняшнего гостя нашего чайного стола знают многие. Мало сказать - в Калуге и Калужской области, можно смело сказать: на всём постсоветском пространстве, территории бывшего Советского Союза, которую в разное время он объехал, облетел и обплавал. Однако заслуженный работник культуры Российской Федерации Владимир Никанорович Раков известен не столько как путешественник, очарованный, так сказать, странник, сколько как очарованный музыкант-фольклорист и создатель необычного фолк-музея «Дом мастеров» в центре старой Калуги, в Григоровом переулке, дом 9.

Он родился в чёрном сорок первом году (в самые октябрьские праздники угодил, 7 ноября) в сельце Богородское Ферзиковского района Калужской области, как говорится, в простой крестьянской семье. В простой, да не простой. Мама Анна Петровна искусницей была, великолепной кружевницей и вышивальщицей, ну и, разумеется, пела - как это русская кружевница или пряха может не петь! Начальное музыкальное образование-впечатление и, возможно, самое сильное за всю последующую жизнь, Владимир Никанорович, конечно же , получил от неё, от матери. И отец Никанор Сергеевич хорошо пел, подыгрывая себе на балалайке. Человек суровый, строгий, некурящий и непьющий, он прошел солдатом всю Великую Отечественную, но, к счастью, пришёл с войны целым и невредимым.

Вообще говоря, этот родовой куст Раковых между Калугой и Алексином - сёла Петрищево, Черкасово, Богородское, Жиливки, местность довольно лесная и болотистая, не славился в Поочье особой музыкальностью. Не сравнить с тем же большим селом Гремячево, в котором с некоторых пор многие годы наездами живёт Владимир Никанорович, руководя известным Гремячевским народным хором. В Богородском же обитали люди всё более мастеровые. Исстари куст славился, к примеру, своим войлочно-валяльным промыслом. Ох, хороши же были петрищевские или черкасовские валенки! Правда, где валенки, там и песня:

- Когда вы стали музыкантом-профессионалом, Владимир Никанорович?

- С 1944 года, после того как отец вернулся с фронта, наша семья поселилась в Калуге окончательно. Говорю окончательно, поскольку отец с матерью ещё в конце тридцатых уехали из колхоза, работали в городе. Отец - на заводе, а мама освоила новую профессию парикмахера. Но началась война и порешили, чтобы я рождался в родной для них обоих деревне, у многочисленной нашей родни (Калуга в эти дни уже была под немцами). У меня были и старшие сестра с братом, Маша и Саша. Но я их, к сожалению, не помню, они рано умерли:

Окончив девять классов четвёртой калужской школы, я поступил в наше музыкальное училище. Это было в 1957 году, ещё при директоре Петре Корнеевиче Сидорове, когда училище, ныне носящее имя Сергея Ивановича Танеева, располагалось там, где нынешний, точнее, тоже уже бывший, Дворец пионеров. Я к тому времени довольно прилично играл уже на гармошке - в каникулы всегда приезжал в родное Богородское, играл в паре со своим дядюшкой на сельских вечеринках. Естественно, поступил я в класс баяна к замечательному педагогу Ивану Григорьевичу Разумову, о чём никогда и не пожалел, мы с ним до сих пор встречаемся, дружим.

- Расскажите подробнее о нашем музучилище тех далёких лет.

- С огромным удовольствием вспоминаю эти юные лета. Мы были пропитаны музыкой от макушки до пяток. Да и в стране как-то стало повольнее. Это был год нашего первого Московского международного фестиваля демократической молодёжи и студентов. Конечно, и посытнее стало по сравнению с первыми послевоенными годами, хлеб с целины пошёл. Прорыв Советского Союза в космос сильно повлиял на умонастроения. Народ стал помаленьку из бараков в малогабаритные квартиры перебираться. Тогдашний лидер страны Никита Сергеевич Хрущёв уже нам обещал совсем близкий коммунизм. Короче, жить стало веселее, по-настоящему веселее. В Калугу стали приезжать знаменитые музыканты, оркестры народных инструментов, хореографические ансамбли Моисеева, «Берёзка». Потом и космонавты зачастили, даже довелось пообщаться и с Юрием Гагариным.

Конечно, общее настроение прежде всего передавалось нам, молодым. Я довольно успешно закончил музыкальное училище и поехал преподавать музыку в сельских школах. Сначала в Мещовск. А потом мы с моей первой женой Верой, однокурсницей по училищу, уехали очень далеко, за романтикой. Доехали до Красноярска, потом на юг на Абакан, перевалили через Саяны и обосновались в селе Знаменском Каа-Хемского района Тувинской автономной республики. Три года я преподавал в местной музыкальной школе, а Вера работала её директором. Красоты там неописуемые! Природа девственная - горы, леса, водопады. А какая охота! Там-то я по-настоящему увлёкся водным туризмом, который и до сих пор не разлюбил. Но главным в жизни тогда для нас всё же было творчество, художественная самодеятельность, концерты вплоть до столицы республики Кызыла.

- Так вы и охотник тоже?

- Нет-нет, что вы. Только в молодости охотился, когда жил в Туве. С тех пор не охочусь. А стрелковым спортом занимался, но это тоже было давно. Потом меня захватила страсть к путешествиям. Я вернулся в Калугу. Много работал. Со временем купил себе старенький автомобиль, сначала «Москвич-401», потом «Победу», и стал путешествовать, благо отпуска у нас, преподавателей, были большие. Объездил Прибалтику, Среднюю Азию, Украину, Белоруссию, Молдавию, Кавказ, Урал, Сибирь. Но восточнее Красноярска так и не побывал. По профсоюзным путёвкам побывал в Польше, Чехословакии, знакомился там помаленьку с музыкальной культурой, с обычаями Запада. Потом появились новые увлечения, а точнее - хорошо забытые старые.

Я увлёкся русской сельской стариной: историей, обычаями, культурой родных мест, родных сёл, ну и вообще всей Калужской области. Поступил на исторический факультет нашего пединститута имени Циолковского. В 1978 году его окончил. Диплом защищал по теме «Народные промыслы Калужской губернии». Снова много ездил, теперь уже в экспедиции по области. Общался с уникальными людьми, мастерами и мастерицами, разумеется, записывал их воспоминания, фотографировал. Собирал предметы старинного крестьянского быта, изделия народных промыслов, музыкальные инструменты, прялки, утварь и так далее.

- Когда родилась идея Дома мастеров?

- В конце восьмидесятых лет. Уже в перестроечное время, оно было удобным для всяческих новых идей. Я стал активно сотрудничать с областным научно-методическим центром народного творчества (с Еленой Троицкой, Татьяной Хвалебновой, другими специалистами). Работал с Калужским отделением Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, тогдашний председатель ВООПИК Иван Иванович Беляков очень поспособствовал идее. Нас поддержали начальник областного управления культуры Павел Васильевич Кудрявцев, на городском уровне - Нина Николаевна Серова. Областные газеты, областной телерадиокомитет (особенно Владислав Кирюхин) стали с энтузиазмом писать о нас, делать передачи о народных промыслах, фольклоре. Появились первые фольклорные коллективы - «Беседы», потом «Лазори» и так далее. Мне в 1987 году удалось создать свой коллектив, ансамбль «Калужская тальянка». Я тогда работал преподавателем во второй городской музыкальной школе. На областном радио три года подряд вёл популярную передачу «Родники народного творчества».

- Это уже, как помнится, были годы, когда русский национальный фольклор стал, так сказать, остро моден. Особенно в среде советской интеллигенции. Помнится приезд в Калугу знаменитого ансамбля Дмитрия Покровского. Его самого и его музыкантов-фольклористов на выступлении в зале областной филармонии просто засыпали цветами. Такую же популярность быстро снискали и наши «Беседы»:

- Да, по всей России пошла «Играй, гармонь» - это такой всеобщий ежегодный фестиваль-конкурс народного искусства и промысла. Сама по себе гармоника - это ведь тоже вид народного промысла. Существуют десятки разновидностей гармоник - свои в каждой губернии, в каждом уезде, и даже в иных крупных сёлах. Мы в своём музее собрали немало самых разных гармоник, в основном нашей губернии. В 1989 году в самом большом Дворце культуры Калуги - ДК турбинного завода прошёл первый областной фестиваль «Играй, гармонь». Это был мощный незабываемый праздник. Мы с Татьяной Григорьевной Ивановой, нынешним директором ДШИ №2 имени Серафима Туликова, были на фестивале соведущими. С тех пор фестиваль стал ежегодным.

- Как вы обосновались в вашей резной музыкальной табакерке в Григоровом переулке?

- Мысль о том, что нашему, всё больше разрастающемуся музыкальному коллективу, а также нашей, тоже всё увеличивающейся коллекции старинных предметов, необходимо специальное помещение, возникла в самом начале девяностых годов. Было серьёзное предложение областного управления культуры об организации в Калуге музея народных промыслов. Не без помощи первого калужского городского головы нового времени Виталия Черникова нам удалось заполучить для себя (разумеется, в аренду) это старинное здание постройки середины позапрошлого века, памятник архитектуры республиканского значения. Первостроитель этого изящного деревянного домика неизвестен, но с 1883 года дом с усадьбой принадлежал князю В. Д. Волконскому. В начале двадцатого века владельцами дома стали купцы братья Слесаревы. 12 февраля 1992 года решением Калужской горуправы в здании по адресу Григоров переулок, 9, был учреждён клуб-музей «Дом мастеров».

Внешний и внутренний облик строения к тому времени представлял собой довольно грустное зрелище, это можно видеть по хранящимся в фонде фотографиям. Основной объём ремонтных работ был огромный, но, слава Богу, он теперь позади, хотя появляются со временем всё новые и новые проблемы. Под самый Новый год, 29 декабря 1992 года, мы торжественно открыли свою первую экспозицию предметов народных промыслов, которая непрерывно пополняется. По музыкально-творческой линии мы тоже расширились, размножились: создали детский коллектив «Тальяночка», а в нём ещё и ансамбль «Гармошечка», в котором ребята поют, танцуют, изучают и продолжают традиции знаменитого хора приокского села Гремячево под Перемышлем.

- Мне посчастливилось побывать в Гремячеве на большом праздничном концерте по случаю пятидесятилетия хора, я был очарован и пением гремячевских бабушек, и самим селом, его красотой, звоном его неумолкающих ключей. Знаю, что вы уже много лет руководите этим коллективом. Имеете, наверное, в Гремячеве недвижимость, домик деревенский?

- Нет, не имеем. Мы с женой Татьяной Александровной и без того в Гремячеве люди свои. И летом и зимой бываем там часто и подолгу. Работаем там и отдыхаем во всех смыслах этого слова, душой и телом. Собственно, весь наш ансамбль «Калужская тальянка» дружит с Гремячевом, и гремячевцы частенько к нам в Дом мастеров наведываются. Образно можно сказать, что гремячевские родники подпитывают наше творчество. А мы, как можем, не даём иссякнуть их искусству. Жизнь ведь на селе сегодня в России не из лёгких. Молодых мало там остаётся. А у коренных артистов Гремячевского хора средний возраст подходит под восемьдесят. Да и то практически одни женщины остались. Знаменитым солисткам хора Сухоруковой Матрёне Васильевне и её родственнице Сухоруковой Матрёне Алексеевне по девяносто три - девяносто четыре. Кстати, обе они не только великолепные певуньи, но и мастерицы народного ткачества, одного из самых древних сельских народных промыслов на Руси.

- Как-то незаметно, очень естественным образом, наш разговор подошёл к темам весьма серьёзным, актуальным, даже можно сказать, болевым. К теме связи времён, преемственности национальных традиций, проблеме существования народного искусства (да и классического тоже) в современности, в нашем «безумном, безумном, безумном» двадцать первом веке. Вот вы сказали «жизнь на селе сегодня в России не из лёгких». А что, когда-то, в какие-то оны лета крестьянину на Руси жилось легко и беззаботно? Но вопрос не в этом, а в том, как любить и сохранять нашу старину, сельскую ли, городскую, после того как мы почти целый век её варварски уничтожали? Вы сами красочно описали мне уничтожение храма в вашем родном Богородском. Как всё рухнуло от взрыва, а колокольня не поддалась, подскочила и невредимая села на прежнее место. Строить в наше время в таком уникальном старинном городе, как Калуга, это прежде всего означает решить концептуально, как сочетать век двадцать первый с веками ушедшими. Всю старину сохранить невозможно - понятно. Стало быть, нужны какие-то принципы, критерии. В последние пятнадцать-двадцать лет мы в своей милой Калуге строим беспринципно, хотя много спекулируем на принципах. Буквально на глазах получили центральную часть города, в которой невозможно безопасно жить, дышать, передвигаться. Многие прекрасные старинные сооружения теряем, малоценные догматически сохраняем. Лепим какие-то ужасные изделия то под восемнадцатый век, то под сталинский ампир, то под «стиль Чикаго». В отношении той старины, которой занимаетесь вы, не происходит нечто подобное? Какие концептуальные проблемы сейчас в традиционных народных искусствах и промыслах?

- Картину разрушения храма в моём родном Богородском, положим, я нарисовал со слов очевидцев. Но это ничего не меняет. На трудные ваши вопросы, хочешь не хочешь, отвечать надо. Занимаясь уже больше сорока лет русской стариной, я, естественно, не могу не думать, если так можно выразиться, о теоретических основах моего любимого дела. Сейчас, к примеру, заканчиваю книгу «Из истории народных промыслов земли калужской», в которой тоже размышляю о судьбах исконных традиций. Согласен с вами: время не остановишь и не повернёшь вспять. Невозможно, да и не нужно закрывать индустрию, к примеру, производства ковров, паласов, каких-нибудь цветастых платков, скатертей. Невозможно всех русских женщин засадить за вывязывание крючком или на коклюшках таких кружевных панно, какие могла делать моя мама Анна Петровна. Или заставить их ткать такие дорожки, как это делала Мария Ивановна Сыкулёва из деревни Пятовская. Тем более невозможно обязать современные обувные фабрики шить такие же хромовые сапоги «со скрипом», какие умел шить мой дед Пётр. Наверное, вы правы - невозможно сохранить каждое старое строение. Нельзя наших современников заставлять существовать в руинах, без элементарного комфорта в быту. Но, думаю, что каждое наше старинное изделие, каждую самую малость из старинных ремёсел, каждый старинный напев, сказку, поговорку и прочее сохранять необходимо. Тут много места и пространства не надо. Это никого не утеснит. Любить только это надо, понимать огромное воспитательное значение, вкладывать не очень большие деньги:

- Владимир Никанорович, немного о Доме мастеров как очаге общения, клубе. Журналистам «Вести» посчастливилось не раз уже побывать на ваших такого рода мероприятиях. Всегда удивляло истинно русское гостеприимство вашего дома, неподдельное веселье, искренность. За вашим длинным деревенским деревянным столом частенько общаются люди, которые иногда и руки друг другу при встрече не подадут. Потом вот эти ваши замечательные вечера национальных культур. Нет такого давления, дескать, мы русские, титульная нация! Россия для русских! Как это сегодня важно для нашей Родины. Очевидно же, что мы сегодня снова начинаем наступать на те же старинные грабли вражды и ненависти. Розни классовой, религиозной, национальной, расовой. Пар в котле снова доводят до немыслимого давления. Как бы снова наш котёл не взорвался:

- У нас нет никакого шовинизма. Все мы любим Россию, русскую деревню, русскую культуру, но уважаем все народы, издавна нашу страну населяющие. Вы же были у нас на вечерах татарской общины Калужской области, еврейской общины. Помните, какая атмосфера на них царила, какие великолепные концерты давались общинами совместно с нашими творческими коллективами.

- Мне кажется, что и вы, Дом мастеров, вы, его директор, и весь ваш коллектив делаете большое и благородное дело. Я имею в виду не только вашу самоотверженную, так сказать, охранную работу, но и то, что вы восстанавливаете главную ценность человеческого сообщества - ценность духовного общения. Спасибо вам за это. Приходите к нам почаще.

- Да и вы не забывайте наш адрес, Григоров переулок, дом девять. Приглашаем всех вестинцев. Заходите на огонёк.

Блиц-ответ

На вопрос, какие, на ваш взгляд, главные человеческие качества сегодняшнего гостя чайного стола «Вести»,коротко отвечают калужане, очень хорошо знающие заслуженного работника культуры России, лауреата множества всяких премий Владимира Никаноровича Ракова.

Татьяна Ракова (жена): - Если коротко, я бы отметила два основных его качества: одержимость и надёжность. И днём и ночью, зимой и летом, он занимается тем, чему посвятил жизнь: народной культурой, музыкой, промыслами, обычаями. Он всегда всё самое трудное берёт на себя, готов помочь и помогает всем.

Игорь Шедвиговский, ветеран журналистики, старинный друг Дома мастеров: - Знаю его давно. В его двухкомнатной хрущёвке всегда всё от пола до потолка было забито собранной им утварью - прялками, самоварами, лаптями, гармониками. Не могу понять, где они с женой там спали. Уважаю его не только за очень серьёзный, системный подход к делу, но и за непрекращающееся живое общение со всеми мастерами нашей области. Его дом стал для них родным. Для меня - тоже. Я со своей гармошечкой там свой человек. Сочиняю и исполняю у них свои частушки, песни, стихи:

Олег Акимов, начальник управления культуры и спорта горуправы Калуги: - Владимир Никанорович руководит муниципальным учреждением культуры, которое уже сейчас составляет нашу славу и гордость. В дальнейшем, думаю, Дом мастеров и как музей, и как творческий клуб наберёт ещё большую популярность, в том числе и в смысле иностранного туризма. Раков - прекрасный профессионал-музыкант. С ним легко и приятно работать.

Валерий ВАСИЛЬЕВ
Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.