Камин давно погас - тепло осталось...

00:00, 07 февраля 2013
Остатки школы.
Есть за пределами Калуги в заповедных глубинках удивительные природные места, чей облик, невероятно схожий с теплыми полотнами художников-передвижников, наводит на глубокие размышления: хочется думать, мечтать, творить. Недаром в далеком прошлом состоятельные дворяне, по счастливой случайности или по законному наследству получив землю в этих краях, прекрасно обустраивались и оставались здесь навсегда.

Такой естественностью и трогательным обаянием покорило однажды потомственных дворян Ергольских удобно расположившееся на реке Брынец тихое сельцо с отнюдь не романтичным названием Враково – ныне неприметная деревушка Сухиничского района в 100 км от Калуги. Старинное, давно обжитое место, находившееся по левую сторону Сухиничского почтового тракта и приписанное к Козельскому уезду, было поделено на две неравные части, большая из которых всегда числилась за помещиками Ергольскими, а меньшая неоднократно меняла хозяев. В середине XVIII века крестьяне сельца, состоявшего тогда из 17 дворов, в основном трудились на пашне. Ту особенную гармонию тишины, разлитую по сельцу и его ближайшим окрестностям, никогда не тревожил колокольный звон, так как церковь во Вракове отсутствовала, и в дни великих православных праздников жители, отложив всякую работу, отправлялись в соседнее село Стрельну, где со звонницы Тихвинского приходского храма доносились голоса колоколов, возвещавшие о начале службы.

Судя по документам, в 1780-х годах в помещичьей усадьбе, принадлежавшей разным владельцам, был лишь один господский дом, возведенный на земле дворян Ергольских. Утопавший летом в зелени добротный деревянный особняк довольно простой архитектуры выглядел весьма поэтично, так как при нем, помимо хозяйственных построек и огорода, находился обширный сад, засаженный плодовыми деревьями и различными декоративными кустарниками в свободном порядке. Старый тенистый сад своей ненавязчивой красотой тесно переплетался с неброским очарованием окрестной природы, что придавало усадьбе Ергольских особую неповторимую прелесть.

В тот период солидной территорией загородного поместья владели близкие родственники - потомственные дворяне Илья Ефимович и Ульяна Алексеевна Ергольские. Представитель древнего дворянского рода Илья Ергольский, чьи предки были известны еще во времена князя Серебряного и за честную службу пожалованы обширными землями в Боровском и Мещовском уездах, в 1742 г. был зачислен мушкетером в лейб-гвардии Семеновский полк. Сверстник А.В. Суворова Ергольский как артиллерист, выпущенный в 1754 г. капитаном, страстно увлекался фехтованием и продолжил действительную военную службу, постепенно повышаясь в чинах. Выйдя в отставку в звании подполковника, он поселился в своем калужском имении, доставшемся ему по наследству, и спустя некоторое время, в 1788 году, занял должность уездного предводителя дворянства по Мещовскому уезду.

В эту же пору совсем малая часть усадебных земель в сельце Враково с крохотным огородом числилась за капитаном Иваном Яковлевичем Бурдуковым, женатым на дочери богатого брянского помещика Александра Адамовича Потресова. Семья дворян Бурдуковых купалась в роскоши, ведь Потресов, выдавая любимую дочь замуж, всерьез позаботился о ее приданом, состоявшем из золотых перстней и колец, жемчужных браслетов, хранившихся в дорогих шкатулках, серебряной посуды, атласных шуб на беличьем меху и денег разной монетой на 1000 рублей. Супруги Бурдуковы постоянно проживали в деревне Верхи Брянского уезда, а небольшой участок земли во Вракове использовали лишь иногда для летнего отдыха и вскоре его покинули. В начале позапрошлого века загородное имение, поделенное на неравные части, приобрело новых хозяев, которыми стали генерал-майор Владимир Николаевич Ергольский с сестрой Натальей Николаевной, дальние родственники Ильи Ергольского, не оставившего после себя прямого потомства, да титулярная советница Анна Ивановна Качалова.

Вполне состоятельные дворяне Ергольские могли позволить себе жить на широкую ногу. Они любили этот чудесный райский уголок, словно специально предназначенный для комфортного существования. Беззаботные дни, проведенные за городом, особенно устраивали мужчин, которые отдыхали здесь и набирались сил для дальнейшей военной или гражданской службы. Женская половина рода занималась текущими домашними делами. В господском имении, как и полагается, велось приусадебное хозяйство, однако барщинных крестьян у Ергольских было немного – в их обязанности входило следить за чистотой и порядком в помещичьем доме и ухаживать за небольшим огородом и садом.

Главным хозяином усадьбы считался Владимир Ергольский, об отце которого, занимавшем в свое время должность советника в киевском губернском правлении, колкий на язычок Ф. Вигель писал: «Николай Иванович Ергольский строгим бескорыстием, умом, знанием дел и какой-то природной важностью, без примеси чванства, мог бы украсить Сенат, если бы в нем заседал. Однако у него было домашнее горе - добрая и любимая жена, Наталья Егоровна, но которая, к несчастию, имела два порока: была престрашная лгунья и вечерком наедине любила выпить».

Участник русско-турецкой войны и Отечественной войны 1812 года генерал-майор Ергольский в поместье, полученном по наследству, проживал с семьей - в 1820 г. он вышел в отставку и полностью посвятил себя супруге и детям. Все нравилось дворянам Ергольским во Вракове. Хозяева имения постоянно обустраивали загородный дом, заводили и поддерживали знакомства с местным дворянством, не жалели средств на званые вечера, словом, наслаждались сельской идиллией.

Совладельцами Ергольских по усадьбе являлись дворяне Качаловы. Потомки славных военных, пожалованных в середине XVII века «за храбрость и ратоборство от Государя грамотою и поместьями», вели более тихий образ жизни. Помимо мизерного кусочка земли во Вракове они владели некрупным имением в сельце Чисцы Козельского уезда, принадлежавшем отцу большого семейства титулярному советнику Григорию Петровичу Качалову.

Помещики Качаловы бережно относились к православной вере, исправно соблюдали посты и из своего крохотного состояния непременно вносили в общую копилку небольшую лепту для материальной поддержки старинного приходского храма в Стрельне. В будущем дочь Григория Петровича Наталья станет второй игуменьей знаменитой Зосимовой пустыни. По всей видимости, именно нужда заставила дворян Качаловых расстаться с усадебной землей во Вракове, которую с каждым годом все сложнее было содержать. Финансовое положение семьи, потерявшей в 1827 г. основного кормильца Г. Качалова, оставалось трудным. И в середине двадцатых годов позапрошлого века Качаловы оставили сельцо, незастроенная часть усадебной земли получила нового хозяина - поручика Андрея Васильевича Богданова, владельца десяти душ крепостных крестьян. Главный же господский дом в имении, как и прежде, принадлежал В.Н. Ергольскому, избранному в 1830 г. на должность предводителя дворянства по Козельскому уезду.

Вскоре после кончины генерал-майора в шестидесятилетнем возрасте старая усадьба по праву перешла во владение его сына Николая Владимировича, которому, как и отцу, нравилась спокойная неторопливая жизнь за городом в уютном дворянском гнезде.

Он практически не покидал пределы имения, жил в постоянном достатке, вполне разумно тратя скопленные денежные средства, и каких-либо должностей не занимал. Его старший сын Василий, будучи врачом, служил в Хлюстинских богоугодных заведениях, другие сыновья – Алексей и Андрей - учились в высших военных училищах. В конце 70-х годов позапрошлого века, став после отца законными наследниками Вракова и сельца Клюксы, куда в общей сложности входило 549 десятин земли, они перепланировали бывший отцовский дом на новый лад и произвели в нем капитальный ремонт, отчего загородный особняк утратил свой первоначальный облик. Приусадебные деревянные постройки – сараи и теплые глубокие подвалы - во время ремонта Ергольские не тронули.

В конце XIX века в сельце Вракове, состоявшем из 39 дворов, работала школа грамоты, переоборудованная затем в трехклассную церковно-приходскую школу. К тому времени братья Ергольские полюбовно поделили между собой завещанное отцом имение, после чего Клюксы унаследовал неженатый Андрей Николаевич, а усадебный дом во Вракове остался за Алексеем Николаевичем. Кроме того, он, по воспоминаниям Т. Аксаковой-Сиверс, получил лесной участок на правом берегу реки Жиздры и вскоре построил там дачу под названием «Отрада». В отличие от отца он не единожды избирался гласным уездного земского собрания по Козельскому уезду, занимал место почетного мирового судьи и председателя уездной земской управы, а с 1905 г. исполнял должность помощника уездного предводителя дворянства.

Остается добавить, что Алексей Николаевич владел враковской усадьбой до революции и по-прежнему был не единственным владельцем поместья – чуть более десятины земельных угодий с огородом числилось за дворянами Семичевыми. После революционного переворота в покинутом барском имении, как и в тысячах подобных дворянских гнездах России, остановилась жизнь – только старый помещичий сад, словно не желая расстаться с прошлым, наперекор всему год за годом продолжал плодоносить, но затем и он, неухоженный и окончательно брошенный на произвол судьбы, прекратил свое существование.

Давно остыл камин жилого очага в забытой Богом калужской деревне, которая переживает сегодня не самые лучшие свои времена. Ныне от былой старины здесь остались лишь печальные фрагменты, не что иное, как постепенно угасающие образы дворянской России.

Юлия ПИОНТКОВСКАЯ.
Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.