«Чужой» труп, или Ищите женщину

10:20, 10 июля 2014

Убить человека Алексею Санкину (1969 г.р.) оказалось проще, чем потом жить с этой тайной. Непонятно, что развязало ему язык – хотелось облегчить душу или просто красовался: вот, мол, какой я крутой – задумал и сделал?

Мысли свои, в которых Санкин приговорил Семена Ручкина к «высшей мере», он вынашивал не один день. Тот не был его заклятым врагом – просто оба симпатизировали одной женщине, а третий, как известно, в таком треугольнике всегда лишний.

Они работали в Подольске в одной фирме такси, и на диспетчера Надежду Шубину оба положили глаз. Мужчины время от времени подвозили молодую женщину до работы, домой, еще по каким-то делам. Надя от таких знаков внимания не отказывалась, считая, что это ее ни к чему не обязывает – коллеги ведь. Но Ручкин ей был более приятен, а Санкин стал как-то напрягать проявлением своих чувств. Шубина однажды решила внести ясность в их отношения: только дружба, более ничего, поскольку они совершенно разные люди. Да, собственно, и Ручкину она особой надежды не давала, зная, что тот женат, недавно родился ребенок, хотя с женой у того не ладилось.

Но Санкина явно отвергали, без всяких оговорок. С этим он мириться не хотел, надеясь изменить ситуацию в свою пользу, устранив соперника. Вот так: ни больше ни меньше.

В начале декабря прошлого года Санкин попросил хорошего приятеля, Николая Гасилова, найти ему оружие, пояснив: «Для решения личных проблем». В подробности задуманного друга он не посвящал. Пневматический пистолет, одолженный у отчима Николая, Санкину не подошел, он вернул его в тот же день и попросил Гасилова: «Дай «калаш», зная что тот где-то разжился автоматом Калашникова, по признанию владельца, «нашел на помойке» (ничего себе у нас помойки!). Гасилов приятелю отказать не смог, тем более что на тот момент был пьян. Правда, уже на следующее утро, протрезвев, одумался и – бегом возвращать смертоносную игрушку. Отобрал, только это планы Санкина не изменило, он позаимствовал у другого обрез ружья, даже продемонстрировал другу:

- Я достал что нужно.

- Не доводи до греха, тебе это зачем нужно? – попытался было образумить его Гасилов. – Хочешь, помогу разобраться? Кому морду набить?

- Не лезь, это не твое дело, сам разберусь, - отрезал Санкин.

О том, как решил свою проблему, он рассказал Гасилову спустя пару дней. Имя жертвы не называл, но кое-каких подробностей не скрывал: мол, отъехали с этим человеком подальше, выстрелил ему в бочину, тот захрипел, задергался, пошла пена изо рта. Потом оттащил мужчину к реке, попытался утопить. Его машину отогнал и бросил в одном из микрорайонов Подольска. Не забыл Алексей упомянуть такую подробность: оставил в машине шапку, пришлось купить такую же.

- Это тебе не поможет, - резюмировал Гасилов, - все равно тебя найдут.

На тот момент Николай еще не знал, что  на территории Калужской области обнаружили погибшим таксиста его же фирмы - Семена Ручкина. Позже, сопоставив факты, он понял, чьих рук это дело, и при очередной встрече не удержался, спросил:

- Зачем ты его убил? У тебя теперь только два варианта: либо идти сдаваться, либо «вставать на лыжи».

Гасилов, демонстрируя крепкую мужскую дружбу, этим и ограничился, выдавать приятеля он не собирался.

 В притоке реки Нары недалеко от деревни Инино Жуковского района 9 декабря работники конной фермы натолкнулись на труп мужчины и заявили о находке в полицию.

 Лишь через несколько дней удалось установить личность погибшего от огнестрела. Это и был подольский таксист Семен Ручкин. Как он оказался на территории нашего региона, кто свел с ним счеты, почему, предстояло выяснить калужским правоохранителям. И только благодаря высокому профессионализму сотрудников уголовного розыска и следователей СКР преступление, совершенное в условиях неочевидности, было раскрыто.

После признаний Санкина в своем злодеянии Гасилову последний не спешил заявлять куда следует. Только когда оказался в числе свидетелей, проходивших по уголовному делу, под напором добытых оперативниками компрометирующих его фактов, ему пришлось дать полные и правдивые показания об известных ему обстоятельствах случившегося.

 В полном неведении до поры до времени пребывала виновница мужского соперничества. 8 декабря вечером Семен Ручкин отвез Надежду Шубину и ее дочь в гости к приятельнице, через несколько часов доставил домой. Выручил в очередной раз. Расстались они в 23.20, договорившись, что Семен отвезет женщину на работу в такси в 5.30, а сам он пока не решил: то ли будет отдыхать, то ли еще потаксует. Больше Шубина живым Ручкина не видела.

Мысли о плохом ее не посещали, но уже этой же ночью начались какие-то странности. Встав рано утром, Надежда увидела на своем мобильнике пропущенный вызов и смс-сообщение. Она, конечно, тут же его открыла: «Я вернулся к жене, а ты пошла на… Надоела». Смс было отправлено с телефона Семена, но он так написать не мог. Шубина предположила, что это художества его жены: осенью произошло выяснение отношений с благоверной, но тогда Надя попыталась ее убедить, что отношения с ее мужем чисто дружеские.

Шубина не стала перезванивать Семену: все равно скоро заедет, тогда и выяснит ситуацию. Однако в назначенный час Ручкин к дому не подъехал, его телефон был вне зоны доступа. Выручил второй кавалер, он моментально откликнулся на просьбу подвезти на работу предмет своего обожания.

Семен Ручкин так и не объявился на работе, хотя должен был отчитаться за смену, то есть оплатить аренду автомобиля. И на следующие сутки никаких вестей, и на третьи. А потом вдруг с незнакомого номера пришло смс-сообщение: «Это Семен. Ты как?» - «Плохо. Ты где?» - «Что плохо?» - «Скучаю. Ты где?». Далее началась какая-то ерунда: угрозы, мат… Было ясно, что автор пакостей кто-то из близкого круга общения – уж слишком был осведомлен о жизни женщины. Она перезванивала на исходящий номер, но трубку никто не брал. А после работы в тот же день Надежду по ее просьбе доставил домой Санкин, привез и, сославшись на дела, ушел. А вскоре снова эсэмэска: «Конец твоему Семену, я его вижу». Надя, испугавшись, тут же стала звонить Санкину: боюсь, мол, приезжай.

Наконец-то она в нем нуждалась! И действительно, уже не гнала от себя, а, наоборот, попросила остаться переночевать. Постелила, правда, на кухне.

А уже на следующий день на работе Надежда узнала о том, что Семена нашли мертвым. Санкин так и кружил вокруг своей симпатии, в очередной раз вызвался привезти ее домой со второй, московской, работы. А потом выдал: мол, его подозревают в убийстве Семена, ему надо уезжать.

-Зачем же уезжать, если не виновен? – возразила Шубина. И добавила, что не хочет общаться ни с кем, в том числе и с ним, пока не поймают убийцу.

Почва уходила из-под ног Санкина. На побег он не решался, возможно, был уверен, что под него не подкопаться. Никто не видел, как он попросил в ночь на 9 декабря своего коллегу Семена Ручкина выполнить его заказ – отвезти в соседнюю область. В глухом месте якобы приспичило в туалет, остановились. Два выстрела и – дело сделано. Тело отволок и сбросил в речушку. Организовал себе алиби – ночь-де провел у сожительницы. Шапку вот забыл в машине, когда отгонял после убийства в Подольск, но на следующий же день купил такую же – мало ли людей одинаковые носят. Может, зря два мобильника с планшетником забрал? Да что это редкость разве? Гасилову проболтался? Ну так он свой, друган, да и за ним кое-какие грешки водятся, к примеру, незаконное хранение оружия, он же себе не враг.

А на любовном фронте вроде как наметились перемены, Надежда к нему стала благосклонней, но, похоже, подозрениями в свой адрес он ее, кажется, напугал. Санкин попытался это исправить: как-то вызвал Шубину днем из дома на важный и неотложный разговор, отвез к храму и перед воротами перекрестился: мол, не убивал он Ручкина. Гром не прогремел, и молнии не засверкали. Но через несколько дней Санкина задержали по подозрению в убийстве.

Признаний никаких не последовало. Все обвинения отметал начисто: Ручкина не убивал, его вещи  не похищал, машину не угонял. Да, в ту ночь они виделись, поговорили по работе в машине Семена минут десять, тогда, кстати, и шапку свою там оставил, а потом Санкин отправился к сожительнице – алиби железное.

- Это преступление было тщательно спланировано, - рассказывает руководитель Жуковского межрайонного следственного отдела СКР Виталий Изотов. – После убийства Санкин написал от имени погибшего несколько эсэмэсок Шубиной, а Ручкин никогда не позволял себе ругаться матом. И впоследствии, когда приходили угрозы с незнакомого номера, у нас по уголовному делу установлено, что этот телефон принадлежал Санкину. Он, конечно, пытался путать следы, утверждая, что с часа ночи до четырех утра находился у сожительницы. И та подтверждала его алиби. Однако звонки с его телефона в это время были зафиксированы в 20 километрах от места обнаружения трупа, а не в Подольске.

Очень кропотливую работу провели оперативники уголовного розыска, отыскав людей, имеющих полезную информацию для следствия. Одна из свидетельниц, работающая в той же фирме такси, вспомнила о том, что видела, как Гасилов брал какой-то подозрительный масляный сверток, похоже, оружие. Эта зацепка помогла в  конечном итоге получить признательные показания Гасилова. Выяснилось также, что его мать слышала признания Санкина в убийстве – приятели вели об этом разговор на кухне, где женщина стояла у плиты. Она даже вступила тогда в диалог:

- Как же ты можешь после этого спать спокойно?

На что Санкин ответил:

- Сплю спокойно.

По крупице, по кирпичику собирали доказательства. Трудность была и в том, что все следственные действия проходили в Подольске: труп «чужой», но преступление совершено на территории нашей области, нашим и расследовать.

Но теперь уже вышли на финишную прямую – уголовное дело завершено. Впереди судебные слушания.

Людмила Стаценко.

Р.S. Имена и фамилии фигурантов по делу изменены.

Л.С.

Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.