Жизнь и смерть в самогонном угаре

09:05, 22 апреля 2016

Бытовое убийство на почве ревности.

- Я убил Нину. Забери труп, - с такой зловещей новостью заявился к Петру Ладникову Андрей Карасев, сожитель его дочери, во вторник, 22 сентября. Мужчина решил, что «зятек» так неудачно шутит, и отбрил его: 

- Вызывай полицию и сам занимайся этим вопросом. 

И все же тревога закралась в душу отца. Через час он пошел к  участковому, и тот подтвердил: его дочь убил Карасев, она уже в морге. Ладников похоронит Нину и будет ждать правосудного возмездия. 

О мертвых принято говорить либо только хорошее, либо ничего. Но что сказать хорошего о погибшей? 

Сам отец оказался скуп на положительные характеристики: спокойная, уравновешенная, неконфликтная… даже в состоянии алкогольного опьянения.

Нина Ладникова злоупотребляла спиртным. Последние лет восемь была неразлучна с Карасевым. Оба нигде не работали. Часто приходили в гости к Петру Ладникову просить денег на бутылку, тот давал только продукты. Пагубная привычка давно сломала жизнь молодой женщины. А ведь была матерью, но плохой, и настолько, что ее лишили родительских прав. Сожитель был столь же безответственен к своему ребенку – его судили как злостного неплательщика алиментов. Совместных детей у них не было. 

Сентябрьский понедельник ничем особенным не отличался от других дней этой парочки. Проснувшись часов в восемь, Карасев и Ладникова единодушно решили пропить последние 50 рублей. Купили поллитровку самогонки и завернули на Пятницкое кладбище – там им, среди крестов и памятников, почему-то комфортно было опохмеляться. 

Приговорили самогонку и вроде собирались домой. 

- Может, зайдем к Ивану? – предложила по пути Нина, душа просила продолжения «банкета». 

Иван Кутьин был Карасеву почти родственник – ранее сожительствовал с его матерью, в общем, знались лет 20. Кутьина Карасев не любил, позже охарактеризует его как плохого человека – очень вредный, капризный, наглый, скрытный. Но было одно главное достоинство – у Кутьина всегда можно выпить, хозяин однокомнатной квартиры гостеприимно принимал всех страждущих. 

Карасев с Ладниковой нарисовались на пороге Ивана Кутьина часов в 11. Хозяин уже принимал двух гостей, подошедших пригласили к столу, на котором стоял литр самогона. 

Через некоторое время один из собутыльников распрощался – пить вроде уже и нечего. Остались вчетвером. Неловкую ситуацию исправил Кутьин. Он дал Карасеву 150 рублей, чтобы тот с Фокиным сходил за самогонкой. 

- А мы с Ниной пока приготовим закуску, - заключил хозяин. 

Дорога туда и обратно у мужчин заняла минут сорок. Их возвращение, похоже, для оставшихся было несколько неожиданным. Фокин с полуторалитровой бутылкой направился прямиком на кухню, а Карасев, не найдя там свою пассию, в комнату. Увиденное там в момент снесло Карасеву крышу: оба на кровати и вовсе не кроссворды разгадывали. 

Ревнивец столкнул отчима с приспущенными штанами со своей женщины, схватил с табурета нож и ну беспорядочно бить им  обоих. Посчитав, что порешил их, Карасев из квартиры ушел. Дома переоделся, поскольку был весь в крови, поужинал и пошел гулять к водохранилищу. Там еще и рыбаку составил компанию – чего-то выпили, а потом уже – домой, спать. 

Вот и все, что помнил Карасев о последних событиях. Это и рассказал под протокол, уверяя, что заранее умысла на убийство Ладниковой и Кутьина у него не было, действовал в порыве сильного эмоционального волнения, сводил счеты за предательство. 

Но был в квартире, как мы помним, еще один человек, Семен Фокин, свидетель разыгравшейся трагедии, он же потерпевший. У него несколько иная трактовка событий. Интима никакого Фокин не видел (но он и в комнату не заходил). По его версии, когда мужчины вернулись с бутылкой, вся компания на кухне продолжила выпивать. В ходе застолья Карасев начал ругаться с Ладниковой,  дал волю рукам. Хозяин пытался выставить за дверь парочку, но те не ушли. И вот уже потом Карасев схватился за нож, несколько раз ударил им Нину, потом переключился на Кутьина, который в тот момент уже завалился на кровать. 

Фокин пытался оттащить от него разъяренного приятеля, и сам угодил под нож. Ему удалось оттолкнуть Карасева, который отлетел в прихожую. Кутьин лежал на кровати бездыханный. Фокин, опасаясь, что Карасев расправится и с ним, выпрыгнул в окно, благо был первый этаж. 

Оба посчитали, что Кутьин мертв. Однако «труп» проснулся ночью и пришел на кухню, попил воды и тут же уснул на полу. На рассвете, продрав глаза, решил перебраться на кровать и вот тогда-то обнаружил тело Ладниковой в луже крови. 

Не найдя своего мобильника, хозяин, смыв с себя кровь, отправился к приятелю вызывать полицию. 

- Карасев практически сразу начал сознаваться, - рассказывает старший следователь СО по г.Калуге СКР Илья Бауков, который вел данное уголовное дело. – Единственное, от отрицал обвинение в покушении на убийство Фокина. Говорил, что того в комнате не было, Фокин его не удерживал и не отталкивал. Но факт остается фактом – тому досталось девять ножевых ранений. 

По заключению комиссии экспертов, Карасев при наличии синдрома зависимости от алкоголя с присущими ему вспыльчивостью, несдержанностью в момент совершения преступления находился в сильном эмоциональном возбуждении, вызванном поведением потерпевших, но состояния аффекта не было – имело место простое алкогольное опьянение. По мнению экспертов, он мог и должен был контролировать свои действия. Но, обуреваемый ревностью, повел себя как зверь. Не менее 14 ударов ножом в живот нанес Карасев своей сожительнице. Эти ранения уже были смертельные. Но он добрался еще и до шеи. 

Кутьину, можно сказать, повезло: Карасев наносил ему удары тоже в область жизненно важных органов – в голову, шею, грудь, но он оборонялся, о чем свидетельствовали порезы на руках, и раны оказались неглубокими. Карасев посчитал, что убил Кутьина. А тот просто в какой-то момент отключился, потому что был сильно пьян. Крови потерял достаточно, но не умер – телесные повреждения квалифицировали как легкий вред здоровью. На следующий день ему оказали медицинскую помощь. 

Кстати, потерпевший настаивал на том, что у него не было никакого интима с Ладниковой. 

- Карасев все основное признал, какой смысл ему лгать? – продолжает Илья Бауков. – Это особо не повлияло бы на квалификацию, то есть на самом деле не столь важно, из-за чего он схватился за нож. 

Еще один интересный нюанс,  характеризующий компанию собутыльников. Как рассказал следователь, Карасев вел себя достаточно адекватно на протяжении всего следствия, находясь в СИЗО. Сложность возникала с потерпевшими: их еще надо было найти, чтобы пригласить на следственные действия. И лишь на следующий день они являлись протрезвевшими. Более того, Кутьину пришлось назначать комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, чтобы установить, может ли он давать показания по уголовному делу и понимал ли вообще значение совершаемых с ним действий. Мог ведь и нафантазировать, поскольку был не совсем здоров на голову. Специалисты дали свое заключение: его заболевание не препятствует производству по уголовному делу. 

В ходе следствия был проведен весь необходимый комплекс судебных экспертиз, что и стало основной доказательной  базой, плюс признание обвиняемого и показания свидетелей. В начале апреля Калужский районный суд вынес обвинительный приговор: за убийство женщины и покушение на убийство двух человек Андрей Карасев отправится в колонию строгого режима на 19 лет 1 месяц. Приговор в законную силу не вступил. Он обжалован, в связи с чем имена и фамилии фигурантов по делу изменены.

Вместо послесловия 

Вот такая страшная, но, увы, банальная история. Подобными, когда пьяное застолье заканчивается поножовщиной, просто пестрит криминальная хроника. Из «нашей» компании любителей выпить лишь Кутьин работал – дворником, что не обязывало его к трезвому образу жизни. Остальные довольствовались случайными заработками, которые тут же пропивали – «пролетарская» самогонка много денег не требует, по мозгам же ударяет крепко. 

Сколько сограждан так прожигают свою жизнь? А наше общество весьма терпимо к ним. 

Как заметил следователь, при расследовании уголовных дел ведомство направляет представление об устранении нарушений и условий совершения преступлений в адрес полицейского руководства. Но это все меры вдогонку. А  можно ли вовремя предотвратить  такую пьяную бытовуху? 

В минувший понедельник на пресс-конференции в региональном УМВД я и задала этот вопрос начальнику управления Сергею Бачурину. Вот ответ из первых уст: 

- Мы проводим соответствующую профилактическую работу, в том числе и с семьями, в которых случаются «пьяные» конфликты и было два и больше вызова в один и тот же адрес. Проблему усугубляет отсутствие медвытрезвителей. При реформировании системы МВД, когда с органов внутренних дел были сняты несвойственные им функции, они были упразднены. А эта составляющая, конечно, сыграла бы большую роль в профилактике преступлений на почве пьянства. Сегодня мы можем пресечь правонарушение, если в полицию обратится одна из сторон, но изолировать пьяного буяна и содержать его в дежурной части мы не можем. В медицинских учреждениях, на которые возложена обязанность оказания медпомощи таким гражданам, нет соответствующих для их содержания палат. А там, где помещение выделено, обязательно нужен сотрудник, конечно, мужчина, который в состоянии всех буйных усмирить. Проблема существует, и она нуждается в комплексном решении. 

Что касается притонов для распития спиртного, они на контроле в органах внутренних дел. Мы каждую пятницу проводим профилактические мероприятия с участием добровольных дружинников, уличкомов, посещаем такие адреса. В прошлом году в суд было направлено более 20 уголовных дел в отношении притоносодержателей, они осуждены. Такая же работа продолжается и в этом году. 

Судя по нашей криминальной истории, не все плохие, пьющие и неработающие тетеньки и дяденьки охвачены воспитательными мерами, до поры до времени им, видно, удается не привлекать к себе внимания. Катятся по наклонной, пока не окажутся на скамье подсудимых или в могиле. 

Кстати 

Вынесен приговор в отношении 41-летнего калужанина по резонансному делу об убийстве. 

Следствием и судом установлено, что с 3 по 4 декабря прошлого года осуждённый и 43-летняя потерпевшая в одной из квартир областного центра распивали спиртные напитки. Между мужчиной и женщиной на почве личных неприязненных отношений возник конфликт, в ходе которого злоумышленник нанёс собутыльнице твердым тупым предметом не менее двух ударов по голове и ножом в живот и спину. От полученных колото-резаных ранений потерпевшая скончалась на месте происшествия. Осуждённый, чтобы избавиться от тела, расчленил его и фрагменты трупа выбросил в овраг. 

На первоначальном этапе расследования личности потерпевшей и злоумышленника были неизвестны. Однако особо тяжкое преступление, совершённое в условиях неочевидности, было раскрыто «по горячим следам» благодаря слаженному взаимодействию сотрудников региональных управлений СКР и УМВД. 

Суд, рассмотрев собранные следствием доказательства, вынес обвинительный приговор, в соответствии с которым калужанину назначено наказание в виде 9 лет 10 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Приговор в законную силу не вступил и может быть обжалован, информирует и.о. старшего помощника руководителя регионального управления СКР Виталий Гудзь.

Людмила СТАЦЕНКО

 

 

Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.