С клеймом по жизни

11:48, 03 июня 2016

Запрограммированное убийство? 

 

Две беды встретились на лестнице общежития в Кременках Жуковского района в ночь на 7 января и не разошлись. Случайная и нелепая смерть настигла здесь 37-летнего Сергея Найчука, он расплатился жизнью лишь за то, что оказался не в том месте и не в тот час. 

Мужчина был в разводе, с сожительницей поссорился. В общем, народ гуляет, отмечая Рождество, а ему и заночевать оказалось негде. На улице Сергей случайно встретил знакомого Алексея Хорева, который, узнав о проблеме приятеля, предложил переночевать у него в общежитии, ну а пока пригласил в кафе. 

Пили там не минералку, но на ногах держались, возвращаясь с гулянья далеко за полночь. Однако до кровати С. Найчук так и не дошел. Между этажами у мужчин завязался разговор с двумя девушками, инициаторами были последние – несовершеннолетние Катерина Глыбина и Ольга Горина. Собственно, это был не разговор, а разборка – обсуждался какой-то конфликт, случившийся на днях. Сергей Найчук впервые видел девушек и ничего не знал о событии. 

Несколькими днями ранее в этом же общежитии пьяные посиделки молодой компании (чем еще занять себя в новогодние каникулы) закончились избиением старшего брата Катерины Николая – один парень приревновал другого, дело житейское. 

Подруги попытались выяснить подробности и сами чуть не пострадали: ревнивец замахнулся на Катю ножом, но удар достался другому – парню, который прикрыл собой девчонку. Тот получил легкое ранение, о котором заявлять в полицию не стал. 

На этом страсти не улеглись. Побитый брат Катерины к обидчикам претензий не имел, зато они были у его сестры – она хотела получить денежную компенсацию. Правда, подруге ситуацию преподносила несколько иначе: с ее братом обошлись плохо, надо переговорить с Геннадием, объяснить, что он не прав, должен извиниться. 

Ольга не могла не поддержать Катю. В общем, за справедливостью отправились девочки глубокой ночью в общежитие, предварительно выпив шампанского, что обеспечило им веселье и прибавило решимости во что бы то ни стало разобраться. 

Подруги постучались в комнату Геннадия, но им никто не открыл. Начали спускаться с пятого этажа и на лестнице повстречались с отчимом Геннадия, Алексеем Хоревым, который шел к себе с Сергеем Найчуком. Девочки начали свое «дознание» - за что и почему избили Николая, Катя требовала возмещения вреда – пять тысяч рублей. 

Отчим пытался ее успокоить: мол, не надо лезть в это дело, парни сами между собой разберутся. По сути, разговор касался только двоих, но в него постоянно встревали и другие. Началась словесная перебранка. 

- Девочки мои, куда вы лезете? – пытался вразумить С.Найчук. 

Ольга в ответ грубила незнакомцу. 

Обстановка накалялась, тем более что все были под градусом. Народу на лестнице прибавилось, появился и сам обидчик, с которым Катя поднялась этажом выше для выяснения отношений, и ее брат, и еще люди. Народ не расходился, стоял галдеж, присутствующие продолжали обсуждать былой конфликт, на этом фоне вновь языками зацепились Найчук и Горина. Девчонка дерзила, вела себя вызывающе, даже агрессивно. 

- Да кто ты такой? Какого рожна ты тут делаешь? 

Нетрезвый мужчина не уступал: 

- Девочка моя, да я тебе в отцы гожусь, лучше помолчи! 

- Тебя убьют! 

- Кто? Меня тут все знают. 

Найчук и подумать не мог (да и думал ли он в той перепалке), что хрупкая девчонка, хоть и скандальная, может представлять для него, крепкого мужчины, какую-то опасность. Ольга меж тем чуть ранее в той бестолковой суете успела отлучиться с места разборки, запаслась ножом – позаимствовала на чужой кухне, а теперь вытащила из рукава и ткнула в живот своему оппоненту. Как позже девушка расскажет следователю, она в тот момент хотела лишь припугнуть Найчука, чтобы тот «не наезжал» на нее. 

От удара Сергей согнулся. Девчонки в страхе убежали, а присутствовавшие вызвали скорую. Но до больницы Найчука не довезли – он скончался в машине. Столь трагичной оказалась судьба этого человека. 

- С виду типичное бытовое убийство в результате ссоры, - прокомментирует старший следователь Жуковского межрайонного следственного отдела Валерий Сидоров, в чьем производстве находилось это уголовное дело. - Но когда мы стали изучать личность Ольги, условия и причины, способствовавшие совершению преступления, зацепило и удивило отношение взрослых к этой девушке. 

О чем же речь? Давайте разбираться. Но сначала скажем прямо: нет никакого оправдания Ольге, да она и сама полностью признала свою вину. Но как, почему девчонка оказалась на краю пропасти? 

Как открылось в ходе предварительного следствия, весьма недлинная жизнь Ольги была полна драматизма. 

Когда девочке было всего шесть лет, ее мать за убийство, сопряженное с разбоем, отправилась на десять лет в колонию. Отец злоупотреблял спиртным, ребенком не занимался, отцовство он установит только в 2013-м. Поздно папаша опомнился, взялся за ум и вернулся к нормальной жизни. Ольга, оставшись без родительского попечения, жила то в одном казенном учреждении, то в другом. А с июня 2007-го по сентябрь 2013-го она воспитывалась в трех приемных семьях в Ферзиковском районе, более четырех лет в первой из них, но не прижилась. По мнению следователя, это связано не с конкретным поведением и особенностями характера Ольги, а с морально-психологическим климатом в самой приемной семье, в отношении приемных родителей к подростку. И этому есть объективное подтверждение. 

По сведениям и выводу сотрудников областного центра психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Содействие», выезжавших в семью, там наличествовали дисгармонические отношения, частые конфликты, чрезмерная опека и запреты, агрессивное отношение приемной матери к подопечной, частое применение угроз, осуждений. Приемный отец, как было установлено, самоустранился от воспитания. 

Как нам известно, приемная мать и другие дети могли упрекнуть девочку в том, что она дочь убийцы и сама пойдет по этим стопам. При этом вот такой тревожный факт: в данной семье биологический ребенок на момент ее посещения отбывал наказание за убийство. Какой вывод напрашивается об опыте воспитания в приемной семье? 

Приемная мама от психологической работы со специалистами центра отказалась. Комиссия эти семейные обстоятельства рассмотрела как «грубые нарушения, способные повлечь негативные последствия для несовершеннолетней», и рекомендовала расторгнуть договор по воспитанию приемного ребенка. Однако в течение месяца вопрос не решался. А потом, после того как от девочки отказались сами приемные родители, ее отдали в другую приемную семью, где она продержалась меньше года, затем в третью… 

Растение будешь столько раз пересаживать - загнется, а здесь живая душа с оголенными нервами, обделенная любовью и еще много чем.

В детских казенных учреждениях, кстати, никто Ольге не припечатывал ярлык «не сумела прижиться». 

Почитаем некоторые отзывы. Из областного социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Муромцево»: «Девочка быстро адаптировалась к новым условиям проживания, занятия специалистов посещала охотно, с ровесниками ладила, общительная…» Из областного социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Детство»: «Данных о нарушениях правил пребывания и дисциплины нет… Взаимоотношения со сверстниками и сотрудниками адекватные, оказывает помощь младшим детям. Требования воспитателя выполняла». Из Боровской средней школы: «Проблем с девочкой не было. К учителям относилась уважительно, не грубила». 

Может, девочке было бы гораздо лучше в любом другом учреждении, где о ней положительно отзываются, где не ставили клеймо «несговорчивая», «неуживчивая», «конфликтная»? Там бы и ждала возвращения мамы, понимая, что находится здесь временно. Кто-нибудь взвешивал все за и против? Похоже, взрослые действовали в соответствии с бездушным формуляром. 

Наконец-то Оля вернулась в свой дом, сначала к отцу – таково было ее желание. А потом жила с мамой, отбывшей наказание (отец к тому времени проживал в другой семье). 

Однако десять лет разлуки не прошли даром. Женщину мучила совесть, что ребенок был брошен, и теперь, как бы в компенсацию, она шла у нее на поводу, многое позволяла, не могла на чем-то настоять, что-то потребовать. А Ольга нередко высказывала ей свои накопившиеся обиды и отвоевывала, как могла, свое пространство. На тот момент мать не была для нее авторитетом, они потом сблизятся, когда случится непоправимое. 

Поскольку девочка за свою короткую биографию сменила много адресов местожительства, у нее не сложилось устойчивого круга общения. Этот вакуум заняла Катя Глыбина. Их многое объединяло и роднило. Девочка также из неблагополучной семьи, без отца, но с пьющей временами матерью, которая в свободе подростка не ограничивала. Сама Катя школу бросила, болталась в свободном полете. 

И вот ведь нашли друг друга, подружились. Прямолинейная Ольга ей всецело доверяла, а та была с хитрецой, знала, за какую ниточку дернуть подругу, как ею управлять. 

Оля отозвалась на призыв Кати пойти в общежитие разобраться. Последнюю, как мы помним, интересовал денежный вопрос, а подруге она преподнесла ситуацию несколько иначе – мол, надо добиться справедливости, обидчик должен извиниться. 

- Убежден, - говорит Валерий Сидоров, - что Ольга и пошла-то сама добиваться справедливости, правды, которые понимает как может, так как недоверия в ней накопилось много. 

Несовершеннолетние девицы беспрепятственно ночью прошли через вахту общежития, в котором они не проживали, и никто их не остановил, не спросил: а что, собственно, они собираются здесь делать в столь поздний час? Всего бы один звонок в полицию, которая находилась рядом. Но все то же равнодушие. 

В министерство по делам семьи, демографической и социальной политике было отправлено представление следователя о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления. Казалось бы, все проблемы на поверхности, надо срочно действовать – без формализма, заинтересованно, самокритично. В официальном документе обращено внимание на приемную семью, недостаточный контроль за которой со стороны отдела опеки и попечительства и стал одним из условий, по мнению следователя, возникновения конфликтной ситуации Ольги Гориной и погибшего Сергея Найчука 7 января, приведшей к особо тяжкому преступлению. Однако пространный ответ сводится к одному: работа с О.Гориной осуществлялась в соответствии с требованиями законодательства по опеке и попечительству. А может, столь же бездушно, как сама эта формулировка? 

У семи нянек дитя оказалось без глазу. И, по сути, серьезно отвечать пришлось только ему, трое должностных лиц были привлечены к дисциплинарной ответственности – два замечания, один выговор. Ну немного расстроились. 

В начале мая был вынесен обвинительный приговор на тот момент уже вступившей в совершеннолетие Ольге Гориной. Вину свою она признала в полном объеме. Под стражу ее взяли в зале суда. Пять лет проведет Ольга в колонии общего режима. Ждать ее будет мамаn

Имена и фамилии всех фигурантов уголовного дела изменены.

Людмила Стаценко.

Фото direct-press.ru.

Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.