Мысли о Великом стоянии на реке Угре в 1480 г

15:16, 18 октября 2019
Фото: Алексей Калакин.
Фото: Алексей Калакин.

Как мы уже писали, калужскую инициативу о придании 11 ноября - дню окончания Великого стояния на Угре - статуса федеральной памятной даты поддержало абсолютное большинство российских регионов.

Вниманию читателей мы предлагаем статью кандидата исторических наук Виталия Бессонова, в которой содержится научное объяснение событий 1480 года. 

Против признания угорских событий федеральной памятной датой выступил лишь Татарстан. Но при детальном изучении ситуации оказалось, что и там не существует единой позиции по этому вопросу. Большинство татарстанцев занимает нейтральную позицию. Среди тех, кто считает 11 ноября важнейшей вехой отечественной истории, можно назвать кряшенов, являющихся влиятельной частью татарского общества. Кряшены – это татары, исповедующие  православие. Мы хотим познакомить вас и с их точкой зрения по поводу событий 1480 года на реке Угре. 

Любая оценка исторических событий невозможна без обращения к источникам, содержащим определенный массив информации, который необходимо критически осмыслить и тщательно проанализировать. Что касается Великого стояния на реке Угре 1480 г., то основой источниковой базы выступают дошедшие до нас в значительном количестве летописные своды. 

По мнению исследователей, в их основе лежат три летописные версии, возникшие в 1480-х гг., практически сразу после событий на Угре. Самая ранняя – великокняжеская, относится к весне 1481 г. Наиболее полно она отразилась в Московском летописном своде конца XV в. (Уваровский список летописного свода 1479 г.). Другую версию описания событий 1480 г. содержит ростовский владычный свод (Типографская летопись), созданный после 1483 г. К середине 1480-х гг. формируется еще один, достаточно критичный в оценке действий великого князя Ивана III взгляд, отразившийся в Львовской и второй Софийской летописях. Особенностью этих летописных версий является то, что их авторы, будучи представителями разных кругов, были современниками событий, имели возможность получать информацию из разных источников и, судя по всему, во время нашествия Ахмата находились в Москве. 

Впоследствии составители летописных сводов включали эти первичные данные в свои повествования, дополняя, вероятно, информацией из других источников. Так, в сравнительно поздней Вологодско-Пермской летописи, относящейся к 1499 г., содержится ряд уникальных фактов и точных дат, восходящих, скорее всего, к записям, сделанным в Москве при митрополичьей кафедре.

Особняком стоит «Казанский летописец» («История о Казанском царстве»), сведения из которого активно используются при описании событий 1480 г. Это произведение нельзя отнести к летописным сводам, оно является историко-публицистическим сочинением, представляющим собой повествование о трехвековой истории русско-татарских отношений со времени образования Золотой Орды до завоевания в 1552 г. Иваном Грозным отделившегося от нее в середине XV в. Казанского ханства. «Казанский летописец» был написан во второй половине XVI в. и на протяжении последующих веков пользовался большой популярностью, о чем свидетельствует более двухсот дошедших до нас списков. Следует отметить, что некоторые описанные в нем события выглядят сомнительными, так как не подтверждаются летописными сводами. В частности, это рассказ о требовании Ахмата выплатить дань и повествование о нападении на Орду по Волге на ладьях царя Иурдовлета Городецкого и князя Василия Ноздреватова. При этом для исследователя «Казанский летописец» важен не столько изложением исторических фактов, сколько интерпретацией событий с точки зрения человека, жившего во второй половине XVI в., и определением причин и следствий, оказавших влияние на формирование окружавшей его действительности.

Обращение же к летописным источникам позволяет сделать вывод, что попытка оспорить значимость свершившихся на реке Угре в 1480 г. событий носит в значительной степени умозрительный характер. Простое сопоставление сведений в летописных сводах показывает, какое пристальное внимание уделяли современники тому, что происходило в 1480 г. Летописцы писали, в какой сложной политической обстановке оказался Иван III, какая страшная угроза нависла над Москвой и ее землями во время похода Ахмата, который, как сказано в Московском летописном своде, «поиде на православное христьяньство, на Русь, на святые церкви и на великого князя, похваляся разорити святыя церкви и все православие пленити и самого великого князя, яко же при Батыи беше». Современники рассказывали потомкам, как великий князь, воины, духовенство и жители переживали выпавшее на их долю тяжелое испытание, как непросто разворачивались события и какими непредсказуемыми могли быть последствия. Летописное повествование, независимо от версии изложения, приводит к мысли, что именно в 1480 г, в напряженном противостоянии сил решалась дальнейшая судьба Московского княжества, ставшего оплотом возрождавшегося Русского государства. И именно 11 ноября, по свидетельству большинства летописных сводов, Ахмат «побежа прочь», и с помощью Божией и при заступничестве Богородицы Московское княжество избавилось «от поганых, и возрадовашася и возвеселишася все люди». Самый ранний Московский летописный свод подводит итог противоборству: «И тако, избави бог Рускую землю от поганых Татар молитвами пречистыя матерее и великых чюдотворец». И именно с этого момента, когда фактически, а не декларативно, русская земля обрела свою независимость, появляется в летописании наставление к храбрым, мужественным сынам русским: «потщитеся сохранити свое отечество, Русьскую землю, от поганых; не пощадите своих голов, да не узрят очи ваши пленения, и грабления святым церквем и домам вашим, и убиения чад ваших, и поругания женам и дщерем вашим». Как видно, современники, писавшие о событиях 1480 г. по «горячим следам», высоко оценили его значимость в становлении независимого Русского государства. Того самого самостоятельного государства, которое было потеряно в ходе нашествия войск Батыя на Киевскую Русь. Летописные своды трепетно хранили историческую память о жертвах, понесенных в те далекие времена. Среди великих духовных подвигов в борьбе с завоевателем особое место занимает история города Козельска.

В марте 1238 г. войско хана Батыя оказалось под стенами Козельска, где был явлен один из ярких примеров мужества и самопожертвования русского человека. Крепкодушные (по выражению Ипатьевской летописи) козельчане решили, так как князь Василий мал, «положим живот свой за нь и славоу сего света приимше и там небесныя венца от Христа Бога приимем». В течение семи недель длилась осада, и только после разрушения стены стенобитными орудиями врагу удалось подняться на вал, где «бысть брань велика и сеча зла». Часть защитников вышли за стены города и погибла в неравном бою, уничтожив до четырех тысяч татаро-монгольских воинов. Ворвавшись в Козельск, Батый, одержимый жаждой мести, приказал уничтожить всех жителей - «до отрочят сосущих млеко». Город, оказавший жестокое сопротивление, воины Батыя стали называть «Злым градом» (Могу-Балгузун).

Оборона Козельска, запомнившаяся противнику серьезным напряжением сил и значительными потерями, поразила современников и навсегда запечатлелась в памяти потомков. Небольшой город Козельск с малолетним князем во главе исключительно благодаря «крепкодушию» жителей противостоял неприятелю целых 49 дней, в то время как более крупные и сильные города брались Батыем в гораздо меньший срок. Так, Рязань была захвачена за 10 дней, Владимир - за 5. При этом, не считаясь с собственной жизнью и следуя заповеди, что «Болши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Ин. 15:13), защитники, отстаивая город, нанесли превосходящим силам неприятеля серьезный ущерб как в физическом, так и в моральном плане. И несмотря на то что Козельск был захвачен и все его жители погибли в борьбе с беспощадным врагом, они одержали духовную победу, прославившую «крепкодушие» козельчан в веках. Подвиг защитников Козельска, презревших смерть и не покорившихся сильнейшему противнику, стал одним из ярких примеров беззаветного служения и величия духа, являющего неизменную победу над врагом.

Подвиг козельчан, запечатленный в летописях, стал одним из примеров противодействия завоеванию. Оказавшись в политической зависимости, получившей в историографии название «татаро-монгольское иго», русские земли неизменно продолжали борьбу за свою независимость. Золотая Орда навсегда оставалась врагом. С ней приходилось считаться как с грозной силой, но при каждом удобном случае русские княжества вступали с ней в противоборство. Летописи наполнены повествованием об этой многолетней борьбе. Важной вехой в истории объединения русских земель против общего врага стала Куликовская битва в 1380 г. Стремление избавить русскую землю от «поганых» было целью и Великого стояния на реке Угре. Как свидетельствуют летописные своды, родственники, бояре, духовенство и жители Москвы молили Ивана III, чтобы он «Стоял крепко за православное хрестьяньство противу бесерменовствоу».

Итак, обращение к летописным источникам позволяет сделать вывод: попытки принизить значение Великого стояния на реке Угре и выдвинуть на первый план иные события, будто бы оказавшие особое влияние на обретение независимости Московским княжеством, изменить контекст исторических событий в угоду умозрительным геополитическим схемам, вступают в явное противоречие с историческими фактами и мнением современников, живших в период рождения Русского государства, чья позиция нашла отражение в дошедших до нас летописных сводах.

Важно отметить, что летописные своды не содержат прямых указаний на прекращение Иваном III выплаты дани Большой орде. Имеются лишь косвенные подтверждения этого факта. Например, в Софийской второй летописи приводятся слова, с укором сказанные жителями города Москвы Ивану III в период противостояния на Угре: «а нынеча разгневив царя сам, выхода ему не платив, нас выдаешь царю и татаром». В свою очередь, Вологодско-Пермская летопись, касаясь переговоров Ивана III с Ахматом, приводит слова хана, что он совершил поход за «неправду» великого князя, «что он ко мне не идет, а мне челом не бьет, а выхода мне не дает девятои год». Игнорирование летописцами факта прекращения выплаты дани показательно. В первую очередь это говорит о том, что современники не придавали этому событию особого значения и в их глазах отказ от дани не был проявлением независимости, скорее это был повод к решению спора о будущем Московского княжества силой. Именно такую цепочку причинно-следственных связей выстраивает автор «Казанского летописца»: Иван III отказался от выплаты дани, и разгневанный Ахмат, собрав войско, направился в 1480 г. усмирять своего «раба».

Не подлежит сомнению и то, что после обретения в 1480 г. независимости выплаты, которые делались правителями Московского государства, не были данью вассала, а являлись инструментом именно внешней политики, главной целью которой было сохранение целостности государства. При этом в зависимости от обстоятельств использовались разные средства - от умиротворения деньгами и обещаниями до открытой борьбы с отделившимися от Золотой Орды ханствами, которые нередко угрожали мирному существованию и независимости русских земель. В конечном итоге это противоборство привело к включению этих «осколков» Золотой Орды в состав Московского государства, независимость которого обреталась в борьбе с Ордой с целью вернуть политическую самостоятельность, потерянную Киевской Русью.

Примечательно, что спустя полвека, когда последствия Великого стояния на Угре, приведшие в конечном итоге к гибели Ахмата и падению Большой орды, проявились еще более рельефно, создатель «Казанского летописца» писал: «И тогда великая наша Русская земля освободилась от ярма и гнета басурманского и начала обновляться подобно тому, как зима переходит в тихую весну. И обрела она снова прежнее свое величие и благочестие и богатство, как и при первом Великом князе Владимире Преславном. Дай же ей, Премудрый Царь Христос, расти, как младенцу, и прославляться, и расширяться, чтобы повсюду пребывали в ней мужи совершенные, и так — до славного Твоего Второго Пришествия и до скончания века сего. И воссиял ныне стольный и прославленный город Москва, словно второй Киев, не посрамлюсь же и не провинюсь, если скажу, как Третий Новый Великий Рим».

Таким образом, следуя летописной традиции, созданной современниками событий 1480 г. и близкими к нему поколениями, нельзя не признать особую значимость Великого стояния на реке Угре в истории нашего Отечества. Несмотря на то что в этом противостоянии не было бесчисленных жертв, оно стало великой победой, положившей начало суверенитету Русского государства. С этим были согласны те, кто стал участником и свидетелем этих эпохальных событий, отразив свои чувства и мнения в летописании. Почему мы сегодня, спустя более чем пять столетий, пытаемся подвергнуть сомнению оценки, сделанные современниками, и не стремимся воздать должное тем, кто сделал возможным то, что произошло 11 ноября 1480 г., когда был положен предел притязаниям на Московские земли хана Большой орды Ахмата и всему миру явилось независимое, сильное и обширное Русское государство – прямым преемником которого является современная Россия?

Виталий БЕССОНОВ, кандидат исторических наук.

Места: Калуга
Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.

Статьи по теме
Новости по теме