Своё чувство пронёс через годы...

08:20, 06 марта 2015

Творческое наследие знаменитого калужского краеведа-историка Д.И.Малинина включает в себя более 150 печатных работ, но только одна из них, публикация 1911 года, «Отголоски пугачевщины в Мещовском уезде», имеет скромное посвящение некоей В.М.Гадзяцкой. Исследовательское любопытство подвигло нас на выяснение вопроса о том, кто эта женщина и какое она имела отношение к Малинину.

Николаевский переулок, где несколько лет жили Гадзяцкие, в Ростове-на-Дону.
Николаевский переулок, где несколько лет жили Гадзяцкие, в Ростове-на-Дону.

Некоторые сведения удалось найти в архиве известного литературоведа В.Безъязычного, который выяснил, что малининская статья посвящалась Вере Мелетьевне Гадзяцкой, дочери юриста Гадзяцкого. Безъязычный предположил, что ей принадлежали рисунок обложки и одно из стихотворений сборника «Норд» (Баку, 1926).

Однако мы установили, что Вера Мелетьевна к названному сборнику отношения иметь не могла. Упомянутая же в «Норде» Гадзяцкая - не кто иной, как художница Вера Федоровна Европина (урожд. Гадзяцкая), двоюродная сестра нашей героини. Уроженка Ялты, длительное время проживавшая в Сухуми, она с 1925 по 1927 год обучалась в Азербайджанском художественном техникуме (Баку). Ее отец, Федор Христофорович, приходился братом М.Гадзяцкому и служил военным врачом. Вера Федоровна с 1940 г. участвовала в выставках, до Великой Отечественной войны преподавала в Сухумском художественном училище, а после войны – в Сухумской художественной школе. Впоследствии она стала членом Союза художников СССР.

А Вера Мелетьевна родилась в Санкт-Петербурге в конце XIX в.  Она была старшей дочерью (младшая - Зоя) Мелетия Христофоровича и Александры Петровны Гадзяцких.  

Переводы по службе отца вынуждали семью переезжать из одного города в другой: из Санкт-Петербурга – в Харьков (1898), затем - в Екатеринослав (1902), позднее – в Ростов-на-Дону (1909).

Младшая сестра, Зоя, внешне была не очень похожа на Веру, которая отличалась женственностью, чуткостью, вдумчивостью. В то же время обе сестры были весьма хороши собой, обладали независимым и самостоятельным характером. Еще до Первой мировой войны они в каникулярное время вдвоем посетили ряд европейских стран.

Знакомство Веры с Д.И.Малининым произошло в Екатеринославе, где Гадзяцкая училась в одной из гимназий. Дмитрий Иванович после окончания Юрьевского университета приехал в 1907 г. в этот город и служил в той же гимназии преподавателем истории и русского языка. Вере было 17 лет, а ее учителю – 28, когда между преподавателем и гимназисткой вспыхнуло глубокое чувство. Но быть вместе им оказалось не суждено. «Разница в годах, разница в положении, социальное и материальное неравенство – все это стало неодолимой преградой для Д.И.Малинина…. Родители отказали ему в руке дочери, ссылаясь на ее молодость, на то, что она должна поехать в Англию для завершения образования. А чувство со стороны молодого ученого было большое, большим был и удар», - писал В.И.Безъязычный.

Скорее всего, отец Веры не хотел связывать судьбу своей дочери с «суровым поповичем» из провинции, пусть образованным и честолюбивым. Мелетий Христофорович сам вырос в потомственной священнической семье и желал дочери иного будущего, нежели то, какое могло ее ожидать в случае брака с Малининым.

Сокрушенный происшедшим, Малинин подал в отставку и вскоре вернулся в родительский дом. В 1909 г. он снова поступил на преподавательскую службу, отдавшись без остатка работе, научно-литературной и общественной деятельности. Но на протяжении нескольких лет Малинин и Гадзяцкая поддерживали переписку. Ученый пронес своё чувство через годы, а возможно, сохранял и до конца своих дней. Более того, когда родилась дочь, он настоял на том, чтобы назвать ее Верой.

Можно только предполагать, какие чувства испытывала Вера, по настоянию родителей отправленная в английскую католическую школу для изучения языка. В Россию она вернулась спустя два года. Приехав с отцом в Санкт-Петербург, Вера (по воспоминаниям Миллер-Лозинской) сдала экзамен на право преподавания английского языка в школе, затем непродолжительное время посещала историко-филологическое отделение Бестужевских курсов, а потом перешла на частные курсы «коммерческих и экономических наук». Известно, что к началу Первой мировой войны сестры Гадзяцкие учились на Петербургских женских политехнических курсах (в 1915 г. преобразованных в Петроградский женский политехнический институт).

Пребывание в Англии оказало на Веру большое влияние. Она продолжала интересоваться «всем английским» и прекрасно разбиралась в современной литературе. В семействе Лозинских Вера произвела на всех самое лучшее впечатление, держала себя естественно и скромно, была умна и весела. К ней обращались обычно: «Верочка», а супруг Миллер-Лозинской вспоминал, что Вера была «интересной и симпатичной смесью славянской девушки и английской школьницы». Уже тогда девушка писала стихи. Она любила прогулки и поездки, увлекалась спортом: зимой - лыжами, коньками, хоккеем на льду, летом – греблей на гоночных шлюпках и яхтах.

Знаменитый русский поэт Николай Гумилев, который неоднократно встречался с Верой, подарил ей экземпляр своего первого сборника «Путь конквистадоров» с надписью: «Вере Мелентьевне Гадзяцкой» и четверостишием:

Этот «Путь конквистадоров»,
Скопище стихов нестройных,
Недостоин Ваших взоров,
Слишком светлых и спокойных.

Спустя полвека Вера Мелетьевна вспоминала, как в феврале 1915 г. вечером у Лозинских Гумилев читал свои фронтовые стихи, рассуждал о женщинах-добровольцах, как они с поэтом позднее обсуждали ее планы ехать на фронт… Кстати, Гумилев согласился взять ее с собой, но дело расстроилось.

В том же 1915 г. случились и другие встречи, как романтические (с шоколадом и поцелуями), так и прозаические (в лазарете, где всей компанией навещали поэта). Прощальная встреча Веры с Гумилевым  произошла у знакомых студентов. Комната не располагала к романтическому расставанию, и, как вспоминала Гадзяцкая, они оба, смущенные, посмотрели друг на друга и скромно ушли, даже не поцеловавшись: «была война, и Дон-Жуан поставил ногу в стремя, потому что его отпуск кончился». Гумилев не стал «героем ее романа».

Правда, они снова встречались уже после Февральской революции на Финляндском вокзале, куда Вера Мелетьевна с букетом белых роз пришла проводить уезжавшего Гумилева… После этого они больше не виделись. О расстреле Гумилева Гадзяцкая узнала только в 1932 году.

Начало Первой мировой войны застало Веру на политехнических курсах. При этом учебном заведении был устроен небольшой госпиталь (лазарет), где проходили лечение раненные на фронте. Здесь Вера стала сестрой милосердия. Она относилась к патриотически настроенной части российской молодежи, готовой не только словом, но и делом служить Родине. Ее мечтой было отправиться добровольцем на фронт. Она неоднократно возвращалась к этим планам, в госпитале даже опасались, что девушка сбежит в действующую армию.

Осенью 1915-го В.Гадзяцкая уехала сестрой милосердия в передовой госпиталь при 30-м корпусе и вместе с ним через год приняла участие в Брусиловском наступлении. В конце 1916-го или в начале 1917 г. Вера окончила краткосрочные курсы, получила право на ношение военной формы и после февраля 1917 г. служила, как сама писала много лет спустя, «техником санитарно-строительной дружины».

Мысль о том, чтобы сражаться с врагом с оружием в руках, не оставляла ее. Летом того же года Вера «гостила» во Втором драгунском Псковском полку и была там избрана младшим корнетом второго эскадрона, а осенью чуть было не ушла в действующую армию, но помешала Октябрьская революция. И по настоянию родителей Вера уехала домой в Ростов-на-Дону, где разгоралась Гражданская война. Там сестры Гадзяцкие вступили в одну из первых антибольшевистских молодежных организаций. Вера снова стала сестрой милосердия, теперь уже в Добровольческой армии.

Позднее, после захвата Ростова и Новочеркасска красными, Вера и Зоя оказались в Новочеркасске. Здесь они сняли жилье, поступили на мелиоративный факультет политехникума и стали подпольно оказывать помощь скрывавшимся белогвардейцам. Зимой 1918 г. сестры тяжело переболели тифом, а летом Вера стала сотрудницей журнала «Донская волна», в котором она помещала свои стихи под псевдонимом «В. Грэт». Под тем же псевдонимом Гадзяцкая выпустила небольшой сборник фронтовых стихов и лирики «Грань» (1918).

В конце 1919 г. сестры отправились в Новороссийск, откуда в начале 1920-го пароходом «Браунфельс» эвакуировались на греческий остров Лемнос. Здесь были организованы лагеря для гражданских и военных беженцев из России. Сестры оказались в лагере №3, жили в палатке. Затем беженцев переправили в Югославию. Отсюда Зоя последовала за супругом к месту его новой службы, а Вера некоторое время оставалась в Сербии, где вышла замуж за Романовича, белого офицера и эмигранта. Позднее Романовичи оказались в Бейруте, а последние годы жизни провели в Тегеране. В эмиграции у них родилось трое сыновей и несколько внуков.

О том, как сложилась семейная жизнь Веры Мелетьевны, сведений немного. Как вспоминала Миллер-Лозинская, у ее брата, встречавшегося с Верой в Белграде, сложилось впечатление, что она была не очень счастлива. По его словам, муж Веры был «слишком груб для такой утонченной и глубокой женщины». Много позднее, в Иране, Романовичу годами задерживали жалованье, и Вере пришлось зарабатывать переводами и уроками. При этом она продолжала писать стихи и прозу (в том числе воспоминания), пыталась публиковаться. Но семейная жизнь, заботы о внуках отнимали немало сил. В 1970 г. скончались сестра и супруг, а в 1975-м ушла из жизни и она сама. Остались стихи, воспоминания, письма…

Обстоятельства не позволили Вере Мелетьевне проявить свой талант в полной мере. В отличие от нее Малинину, несмотря на многие препятствия и тяготы, во многом удалось реализовать свои творческие замыслы.

Вот такие причудливые повороты человеческих судеб и неожиданные открытия могут подчас скрываться за скромным посвящением.

Александр ЛИОН.

Поделиться с друзьями:
Чтобы оставить комментарий необходимо на сайт или зарегистрироваться.




Новости ВРФ